Геном хищника 4

— Определённо это не Нарния… — прошептал я, оглядывая огромный зал, концы которого терялись в темноте.

Пришлось вернуть фонарь. Я поёжился от холода, высвечивая фонарём ближайшую стену. Температура, по ощущениям, ушла в минус. Вдоль ближайшей стены стояли стеллажи с верстаками, а на них стеклянные колбы, бидоны. Возможно, термосы и просто куча склянок. Там было ещё холоднее — не знаю, как Борей это сделал, но от верстаков веяло таким холодом, будто там отдельная морозилка.

Я нашёл полноценный рабочий стол генетика-энтомолога-изобретателя. С десяток аквариумов, внутри которых ползали разнообразные насекомые-мутанты. И ещё больше их было в уже раздавленном виде в огромной мусорной корзине. Я узнал жука-плоскотелку и ещё несколько страхолюдин, зарисованных в блокноте Борея. Мда, мутантами они, похоже, стали уже после вмешательства очередного местного гения.

Пройдя вдоль верстаков, прихватил пластиковый бокс с голубыми кристаллами. Взял самые чистые, без примеси гнили или каких-то других токсинов. На момент взаимодействия с шакрасом даже проверять не буду, а вот «ледяные» или замораживающие патроны или нейродротики могут интересные получиться.

Стена зала повернула, открыв новый проход в соседнее помещение. В луч фонаря попал стальной крюк, свисающий с потолка. А потом и тело, подвешенное таким же крюком за шкирку. Фрик. Синяя лысина, стеклянные глаза и признаки насильственной смерти. Грудная клетка распорота, а вместо сердца кусок льда.

Капец, я будто бы на скотобойне оказался. За первым телом нашлось второе, потом третье и так дальше, чуть ли не в четыре ряда. Всё конченные мертвецы, на всех следы обморожения. Где-то меньше — просто чёрные омертвевшие пятна, а где-то уже и без конечностей. Похоже, замороженные уже до такого состояния, что их можно было, как стекло разбить.

Это всё, конечно, в теории, но хрень какая-то под ногами хрустела. Отчётливо так, будто по битому стеклу кто-то крадётся. Почему кто-то? Да просто потому, что я уже минуту как замер, а хруст продолжался. Доносился откуда-то из глубины морозилки, постепенно приближаясь. Следом скрипнула цепь, и одно из подвешенных тел покачнулось.

— Эх, Борей, Борей — больной ты ублюдок, — задумчиво прошептал я, доставая ломик-гвоздодёр. — Не такое добро я планировал найти на твоём складе.

Глава 16"

"Цепь скрипнула ещё раз. Уже совсем близко чуть ли не через одну тушу от меня. В луче фонаря проскочил кусочек кого-то, но его сразу же спрятало за качнувшимся мёртвым телом. Чуйка молчала, похоже, либо не срабатывала на хладнокровных, либо просто терялась при минусовой температуре. Размышлять об этом сейчас я не стал. Там, где не справится шакрас, я и сам вполне могу что-то почувствовать.