Геном

 – Да, я хочу его свободы! Я мечтаю посмотреть на своего первенца. Я хотела бы прийти на могилу родителей и отдать им положенные почести. Увидеть свой старый дом… навестить первую учительницу… проведать первого мужчину… Все вы считаете Эбен средоточием зла, а ведь мы сотни лет были щитом человечества! Кузницей оружия, военной академией, заводом, базой… всем, что требовалось Империи. Ты знаешь, как красив Эбен? Там, где еще сохранилась природа… конечно. Мы изнасиловали родную планету, превратили себя в солдат… и все для человечества! Потому что Империи нужны были корабли, корабли, еще раз корабли! И солдаты, канальные станции, новые виды оружия…

Спецы не склонны к истерике. Но, видимо, пять специализаций – это слишком много для человеческого разума. Алекс почувствовал, что Джанет готова разрыдаться.

Как странно и нелепо – он стоял рядом с женщиной, чьей планетой пугали детей, чья профессия – пытать Чужих, – и не мог испытать предписанного обществом снисходительного сочувствия. Не мог – потому что готов был подписаться под каждым ее словом.

Вот только если Эбен станет свободным – в Галактике вспыхнет война.

– Мы стали такими, как требовало человечество, – продолжила Джанет. – Мы были щитом и мечом Империи. А когда оказались не нужны… нас просто засунули в чулан. До лучших времен.

– Какая разница? Нас списали из состава человечества. Да, мы вели самостоятельную политику, но ведь все произошло не вдруг! А нас… нас предали, едва Чужие подняли вой!

– Вы не захотели измениться, Джанет. Когда войны остались в прошлом – вы не захотели пойти вперед.

– А нам предложили? – Чернокожая женщина откинула со лба волосы, вызывающе посмотрела на Алекса. – Да кто дал нам хотя бы малейший шанс? Ультиматум – и объединенный флот, двинувшийся к Эбену. Все. Не было времени искать компромиссы. Так что… прости, Алекс, но я рада войне! Моя родина станет свободной.

Алекс помолчал. Спросил:

– Но все-таки – это не ты?

Тень улыбки пробежала по ее лицу.

– Я догадываюсь кто. Но я не скажу, Алекс.

– Ты должна сказать!

– Нет. Делиться подозрениями – это не входит в мой контракт. На борту есть следователь, пусть он и ломает голову.

– Ты давала мне клятву… – напомнил Алекс.

– Клятву не убивать Цзыгу. Но искать их убийцу я не обещала.

– Если я потребую новую клятву…

Алекс развел руками. Голос Джанет был опасно тонок, она по-прежнему балансировала на грани истерики. Но уступкой эта истерика не закончится, в этом он был уверен.

– Джанет, ты не права. Поверь, все закончится бедой для Эбена… и для всего человечества.

– Может быть, – мгновенно отозвалась женщина. – Но все-таки это шанс.

– Спасибо хотя бы за то, что сказала правду о себе.

– Сузила круг подозреваемых? – Джанет засмеялась, успокаиваясь.