Гений страшной красоты

Ах, Эстер, мне так не хватало твоего кофе! Агния, Лена, Надюша, Николай, угощайтесь. Давайте вспомним, что мы друзья. А это кто? Что за милейший молодой человек присоединился к нашей компании?

– Егор Федоров, – представила я вновь прибывшего, – понимаю, он стал взрослым, узнать его невозможно.

Из кухни раздался грохот и звон.

– Эстер, ты в порядке? – спросила Лидия и, так и не дождавшись ответа, обратилась ко мне: – Дашенька, можешь посмотреть, что там случилось?

Я покинула столовую, вошла в большую квадратную кухню со множеством шкафчиков на стенах и обнаружила Эстер, горестно взирающую на осколки фарфора.

– Что это было? – улыбнулась я.

– Блюдо, – вздохнула экономка, – очень красивое. Хорошо, не из сервиза. Я так неаккуратна!

– Посуда бьется к счастью, – произнесла я привычную банальность.

– Прямо само из рук выскользнуло, – продолжала убиваться Эстер, – в секунду вывернулось.

– Не стоит переживать из-за ерунды, я помогу собрать осколки, – предложила я.

– Если кто-то порезался, то я могу принести великолепный антисептик, – сказал Николай, входя на кухню.

– Мерси, обойдемся без ваших микстур, – довольно грубо отмела его предложение Эстер.

Гомеопат пожал плечами и вышел.

– Шарлатан! – прошипела женщина.

– Насколько я поняла, Коровин лечит людей травами, – удивилась я такой реакции бывшей экономки. – Вроде у него тут раньше, когда все еще дружили, даже был огород.

Эстер скривилась.

– Точно, сеял Коля какие-то цветочки, по лесу шастал, корешки выкапывал, называл себя ученым, придумывал микстуры. Фуфло!

– Настойки Николая не действовали? – спросила я из вежливости.

Эстер взяла веник и начала заметать на совок осколки.

– У меня на смену погоды раньше голова болела, так он мне дал пузырек, сказал: «Отличное лекарство, придумано мною. Десять капель на ночь, и организм справится с любыми природными катаклизмами». Я, вот уж дура, ему поверила, перед сном, как Коровин велел, под язык налила. И началось! Сперва меня затошнило, потом судорогой ноги свело, голова закружилась. Хочу встать, позвать на помощь и не могу, набок заваливаюсь, а вокруг – кошмар: пол с потолком местами меняются, стены на кровать падают. Решила, конец настал, отбрасываю тапки. Умереть приготовилась. Не помню, как заснула, и двое суток проснуться не могла. Отличные капельки! А его йод… Ленка чуть пальца не лишилась.

– Йод? – переспросила я. – Имеешь в виду дезинфицирующую жидкость?

– Ее самую, – кивнула Эстер. – Только у Кольки она была синего цвета. С Ленкой несчастье случилось в сентябре, а в конце мая тут день рождения Андрея Валентиновича отмечали, ну и все, конечно, собрались.

Экономка покосилась на арку, в которую было видно столовую, занятых завтраком гостей, и понизила голос.

– Ленку все считали пай-девочкой.