Гений, или История любви

— Пробок нет, — согласился Готье и свернул к «Динамо».

Он планировал сначала завезти Володю, а потом Соню — это было ясно. Володя нахмурился. Готье, словно почувствовал это. Посмотрел в зеркало заднего вида и добавил:

— Да уж, короче. — Володя попытался подбавить в голос чуть-чуть сарказма. Куда уж короче — от «Динамо» до Тверской по прямой или дворами-улицами до «Савеловской» кружить, а потом выбираться. Но, видимо, сарказма оказалось так мало, что его никто не заметил.

— У меня знакомые хотят устроить тур. Ты поедешь? — спросил вдруг Готье, ошарашив Володю практически до немоты.

— Да по всей России-матушке.

— Вполне. Два месяца — сентябрь и октябрь. Нужно что-то отвечать.

— Я поеду. Не знаю, правда, как, но поеду! — Володя все еще таращился в недоверии.

Соня тоже была удивлена сверх меры. Такие новости обычно не держат на последний момент. Такие новости выкладывают сразу.

Готье скользнул взглядом по Сониному лицу, взгляд у него был легкий, озорной.

— А ты, Элиза? Поедешь со мной в турне по тайге?

— По тайге? — рассмеялся Володя. — Все так плохо?

— Ну, маршрут в разработке. Двадцать пять живых концертов, полное обеспечение и даже гонорар, каждому тысячи по три зеленых. Нравится? — Готье обернулся и окинул довольным взглядом совершенно ошарашенного Володю. — Мы приехали, приятель. Твоя хибара? Неудивительно, что ты такой дерганый. Жить в таком месте непросто.

— Хибара моя, — усмехнулся Володя, вылезая из машины.

Хибара, двенадцатиэтажный дом грязно-серого цвета, стоял на обочине большого шоссе. Шум не стихал здесь ни на секунду, машины неслись в обе стороны, обгоняя друг друга и оставляя в воздухе мутную взвесь выхлопных газов. Место было действительно не фонтан. Впрочем, а где в Москве сейчас тишина и покой? Разве что в Мавзолее. Ведь даже на Тверской, у Сони, шума хватало.

— Ну, бывай, Вова. Я позвоню, — сказал Готье, махнул рукой и отъехал от обочины.

Володя стоял и смотрел им вслед. Он был готов поклясться, что Готье что-то задумал. Что-то было не так с Готье, как-то он неправильно, непривычно много улыбался. Но что можно узнать по улыбке такого человека? Это же Готье! Кто его поймет?!

Володя вздохнул и поплелся домой, в хибару. И точно хибара, думал он. Это Готье точно сказал. Вот уж что — он умеет найти точные слова и точные звуки тоже, надо признать. И почему действительно он должен вечно делать все с оглядкой на этот долбаный формат? Искусство ради искусства, как говорил старик Теофиль, разве это не стоит того, чтобы хотя бы послушать, прежде чем принимать решение. Разве все должно быть так, как говорит Ингрид? Рука руку моет, и не так музыка важна, как ее продюсер? Не талант, а фигурка? Ведь музыка-то у Готье хорошая, разве нет? Определенно хороша.