Литерный поезд генералиссимуса

 – Могу без вести пропасть, так, что ли? А теперь ты послушай меня, капитан, если ты забыл, могу напомнить… Старший лейтенант Романцев, – приложил Тимофей ладонь к виску, – старший следственно-оперативной группы Управления контрразведки СМЕРШ. Если ты и дальше будешь чинить мне препятствия по выявлению шпионов и диверсантов во фронтовой полосе, то мне придется доложить о случившемся в Главное управление контрразведки.

Видно, в лице Романцева капитан прочитал нечто такое, что заставило его перейти на дружеский тон, даже улыбнулся, показав крупные, пожелтевшие от табака зубы.

– Что ты кипятишься, товарищ старший лейтенант? – дружески проговорил Марков. – Одним делом занимаемся!

– Я ловлю шпионов и диверсантов, товарищ капитан, – произнес старший лейтенант холодным тоном, переходя на официальное обращение. – А чем вы вот занимаетесь, хотел бы я спросить. Вижу одно… мешаете выполнять мне служебные обязанности. А потому, будьте добры, покиньте место расследования, если не хотите серьезных неприятностей.

В коридоре повисло тяжелое гнетущее напряжение. Капитан был не из тех, кто прощал возражения.

– Ну-ну, старший лейтенант, – усмехнулся Марков, – у нас с тобой будет еще время для разговоров.

Развернувшись, капитан вышел из коридора, громко хлопнув дверью.

Повернувшись к младшему сержанту, Романцев спокойным и размеренным голосом произнес:"

"– А теперь давай вспомни пообстоятельнее, что там произошло. Как так получилось, что майор проник в охраняемый объект и сумел убить конвойного и охраняемого диверсанта? И хочу тебя предупредить, от твоего правдивого ответа будет зависеть твоя личная судьба. А свое личное мнение я обязательно отражу в рапорте. Скажу так… на сегодняшний день я единственная твоя надежда на спасение, а капитан Марков этого случая просто так не оставит, поверь мне, уж я это знаю.

Младший сержант сдавленно сглотнул. Попытался улыбнуться, не вышло – на лице застыла вымученная гримаса.

– Даже не знаю, как это объяснить… На меня просто наваждение какое-то нашло. В коридор вдруг вошел майор, строгий такой… И сказал, что ему нужно к раненому диверсанту. Я ему говорю, а предписание у вас имеется? А он раскрывает передо мной удостоверение и спрашивает: «А разве тебе этого мало?» Я, говорит, тебя в штрафную роту упеку за противодействие следствию. И что я могу сказать? Отступил!

– Значит, документы он все-таки показал?

– Показал.

– Какая у него фамилия, запомнил?

– Запомнил. – В глазах сержанта вспыхнули искорки радости.