Чужая семья генерала драконов (СИ)

Но чтобы три женщины и бардак такой даже больные оставили?!

— Быстрее бери, доченька, и домой, — поторопила Юниль, разглядывая обстановку на кухне.

— Помоги выбрать, мама, — она хватала то одного щенка, то другого.

Во дворе послышалась некая возня. И, может быть, у меня сдали нервы, но, присев, я схватила первого попавшегося собачонка. Попыталась разогнуться… Хлопнула дверь за спиной… И затылок обожгло болью.

Все произошло так быстро, что и рта раскрыть не успела. Мешком повалилась к ногам опешившей дочери.

— Ты почему не сказал, что с ними ящер, — уловила над собой недовольный голос Карипа. — Пришлось его оглушать. Здоровый бугай, повезло, что не ждал он меня. Добить бы, да время дорого. Огонь не заходился, все вокруг отсырело. Чего стоишь, Смешка, держи девчонку и вяжи. Поторапливайся, внучок, нас уже ждут в условленном месте.

Глава 40"

"Меня странно укачивало. Сырой ветер забирался под подол платья, неприятно обдавая холодком кожу. Плеск волн… Нет… Скорее просто воды. Так бывало на берегу реки в непогоду.

Принюхавшись, сразу уловила запах тины. Болото? Нет. Разлив.

Голос волчицы в голове настойчиво требовал прийти в себя. Она скулила и скреблась, прося свободы. Чуть пошевелившись, прикусила губу, чтобы не зашипеть вслух. Боль опалила затылок и верхнюю часть головы. Дыхание сперло. И я замерла, вспоминая об ударе.

Карип. Злость словно красная пелена заволокла разум.

Неконтролируемая ярость и желание пустить кровь. И да, принадлежала она мне, волчица же нашептывала о спокойствии.

Втянув воздух через нос, наконец, прислушалась к ней.

Выдохнула и с трудом разлепила глаза. Взглядом охватила небольшое пространство плота. Над головой, примерно в двух шагах виднелась пара грязных мужских сапог с налипшей к ним грязью с зелеными прожилками. Карип. Напротив меня дремал Смешка.

Я никогда до этого момента не испытывала неприязни к ребенку. Но сейчас. Я ведь считала, что он друг моей Юниль…

Мысль о дочери обожгла. Превозмогая боль, я чуть повернула голову и нашла ее. Моя девочка лежала на самом краю связанных высушенных бревен. Глаза закрыты, руки связаны.

Твари!

Я даже объяснение их поступку искать не желала. Ладно меня, но ребенка… Маленькую девочку вот так хладнокровно вести на смерть? Красная пелена снова на несколько мгновений застелила разум.

Но моргнув, я отогнала это наваждение.

Мерзкое наследие отца.

Плот натолкнулся на кочку.

Нас тряхнуло, и послышались отборные ругательства. Карипа не смущало присутствие внука. А Смеша и глаз не разомкнул, видимо, привыкший. Бревна скользнули по краю небольшого участка суши, и плот двинулся дальше.

Вода отступала. Присмотревшись, я смекнула, что если еще несколько дней назад здесь и кустика было не видать, то сейчас целые островки. Взгляд метнулся выше.