Чужая семья генерала драконов (СИ)

— Грета, пока ты не выпьешь всё, я буду стоять над твоей душой.

Закивав, я не могла поверить, что в нем такая силища. Так просто поднять и кровать, и меня на ней. Сделав глоток, снова скривилась, но деваться было некуда. Вегарт нависал надо мной грозной скалой.

И так глоток за глотком. Пока пила, наблюдала, как Вегарт раздевается. Одним рывком стянул грязную рубашку. Расправил плечи, демонстрируя мне широченную грудь. Взялся за ремень на штанах. От волнения я отхлебнула больше и, не заметив вкус этой гадости, проглотила. На лбу проступили капельки пота. То ли от волнения. То ли жар спадал. Не до того было.

Оставшись в одних подштанниках, Вегарт с лукавой улыбкой уставился на потную пунцовую меня.

Я допила всё до конца и протянула ему кружку, отвлекая от последнего куска ткани на его теле. Очень хотелось верить, что это сработает. И мне не придется сейчас заливаться краской стыда ещё больше. Потому как я соглашалась только на объятия, и ничего, кроме этого.

Вегарт тихо засмеялся и взял кружку. Развернулся к столу, и его слегка повело. Ухватившись за спинку кровати, он тряхнул головой.

— Кажется, это предел моих сил, — пробормотав, он отставил графин и пошел ко мне. — Я так устал, Грета. Давай поговорим, как проснемся. Тебе лучше, и это главное. Больше меня сейчас ничего не заботит."

"Подхватив на руки, он переложил меня на заправленную кровать, сам пристроился рядом. Сдвинул наши подушки и, согнув руку в локте, притянул меня ближе. Помня о своем обещании, я несмело обняла его, положив ладонь на мужское бедро. Вегарт улыбнулся.

— Я бы никогда не тронул тебя. Прости мне мои слова при нашем знакомстве. Я был очень зол, мне приглянулась женщина, которая послала меня в болота. Знаю, я не очень мил и бываю груб. Но никогда бы я не обидел тех, кто приютил меня. И я никогда не обижу ту, что назвал своей. А я назвал, Грета, и от тебя никогда не откажусь.

Улыбнувшись, Вегарт закрыл глаза. Я видела, что он изо всех сил пытается мгновенно не заснуть, но ничего у него не выходило. Придвинувшись к нему ещё ближе, осторожно скользнула рукой по талии мужчины. Так непривычно и странно.

Он почувствовал мои прикосновения и, немного навалившись, уткнулся носом в мои волосы. Выдохнул.

— Знаешь сколько лет, Грета, я мечтал об этой ночи? — шепнул он заплетающимся языком. — Чтобы кто-то меня вот так обнял, даря тепло. Матушка всегда говорила, что я найду свое счастье. Главное, чтобы одна и на всю жизнь. Та самая. Строго-настрого приказывала ждать и не размениваться на простые симпатии. И я ждал. Тебя ждал, моя волчица! А теперь счастлив. Не бросай меня больше, Грета. Это страшно — войти вот так в дом в надежде на вкусный ужин и обнаружить пустые комнаты. Ни женщины, ни ребенка. Браслет хоть на руке оставила.

Он говорил всё тише.