Генерал Скала и сиротка

Я легла поудобнее, закрыла глаза и сложила пальцы в управляющие знаки. Указательный согнут на две фаланги. Средний соединен с большим. Безымянный и мизинец скрещены и почти прижаты к ладони, но все же немного не достают.

— Молодец, — прошелестела Пра, — а теперь представь результат заклинания. Что произойдет, если ты активируешь звезду.

Магия плавно текла по каналам, касалась меня изнутри, покалывая под кожей. Энергия собиралась едва заметно, но заполняла звезду. Время шло, из гостиной не доносилось ни звука, все улеглись спать. Я почти перестала чувствовать тело, впадая в странное плывущее состояние.

И пришла в себя, только когда услышала подозрительный скрип. Ставня дернулась, выламывая запор.

Произошло это… слишком легко, ненормально быстро. Я сразу вспомнила «ложного» столяра, который пробежался по нашим спальням и сломал Анифе задвижку на окне. Значит, мне тоже сломали, но, похоже, более незаметно.

Медленно открывая глаза, я мерно дышала, даже не пытаясь подняться. Прерывать вживление заклинания нельзя. Оставалось только ждать и слушать, как кто-то влезает ко мне в комнату.

Штора сдвинулась, и тусклый свет Мару осветил приземистую фигуру неизвестного мужчины в сюртуке слуги Детского Дворца. Простой бежевый верх, почти без вышивки, кружевное жабо. Все светлое и оттого хорошо заметное на фоне темного неба.

Незваный гость осторожно прикрыл окно. Вдох-выдох. Мои занемевшие пальцы с трудом распрямились. Привет, незнакомец, если ты немного задержишься, мы сможем познакомиться.

Тик-так. Двигался мужчина очень осторожно. Если бы я спала, то вряд ли бы проснулась. Он очень медленно достал из кармана плошку, поставил на подоконник и что-то в нее положил. Затем обернул вокруг рта и носа шарф и — поджег содержимое плошки слабым огоньком из пальца. Ого, какое-никакое, а заклинание. Такие слуги — таланты из народа очень ценились.

По комнате поплыл сладкий и… очень знакомый запах. Ухош или в просторечии — ухошка, трава, которую используют как сонное благовоние. Обращаться с ней следует осторожно, если оставить на слишком долгое время, то можно и не пробудиться. Сильное средство, даже чрезмерно, поэтому покупают его с осторожностью. Рассказывают, что одно время им травили. Надоела злая жена? Замучил постылый муж? Почему бы не зажечь немного травы для крепкого сна и «забыть» до утра?

Но прекратилось это поветрие довольно быстро из-за того, что от долгого вдыхания ухошки синеют губы и крылья носа. И доктора легко определяли искусственную, подстроенную смерть.

В общем, осталась ухош-трава только для больных, за которыми могла присмотреть сиделка. А еще ей пользовались ленивые няньки, рискующие жизнью ребенка ради свободного вечера.

Родители несчастных чад эти хитрости быстро пресекали.