Генерал-адмирал. Книги 1-4

Минометы слишком просты в производстве, чтобы их острая нехватка сохранялась длительное время. Так что в скором будущем новые заказы мы сможем обеспечить себе только лучшим качеством поставляемой продукции. Поэтому необходимо было хотя бы познакомить потенциальных заказчиков, то есть союзных военных, с этим самым качеством. «Русские минометы», а лучше «русское оружие» должно было стать брендом, чтобы военные любых стран, втягивающихся в эту мировую бойню, требовали его от своих правительств.

Ну и далеко в тылу, в основном на Урале и в Магнитогорске, полным ходом шли опытно-конструкторские разработки некоторых новых типов оружия. Новых для всех, кроме меня…

К концу года немцам и австрийцам, временно прекратившим наступательные операции против нас, удалось полностью выбить из войны Сербию. А итальянцы продвинулись во Франции до Ниццы и Гренобля. Вообще-то у французов на Германском фронте выдался довольно спокойный год, вследствие того что немцы бросили свои основные силы против нас и в помощь австрийцам, но все равно французы не рискнули снять со своего Германского фронта значительные силы и направить их против итальянцев. Реальное сопротивление итальянцам началось только после того, как в средиземноморских портах Франции стали выгружаться войска, снятые с турецких плацдармов. Но даже в этих тепличных условиях итальянцам удалось продвинуться только до Гренобля и Ниццы. Что прекрасно характеризовало итальянскую армию… Мы же, воспользовавшись тем, что часть немецких сил отвлеклась на Сербию и на помощь австрийцам на нашем фронте, сумели провести первую в этом году успешную наступательную операцию и отодвинуть фронт на запад, до Вислы, устранив угрозу окружения Ивангородской крепости и подойдя вплотную к Варшаве."

"Еще одним нашим успехом оказался дворцовый переворот в Болгарии, осуществленный сразу после того, как царь Фердинанд объявил о принятом решении вступить в войну на стороне центральных держав. Переворот возглавил его сын Борис, публично заявивший, что пошел на столь подлый поступок, как предательство отца, исключительно из желания «более не ввергать мою родную Болгарию в ужасы войны. Сама власть мне не нужна. Вы помните, что после окончания неудачной для нас Второй балканской мне уже предлагали корону. Тогда я отказался и остался с отцом. Но поддержать его в стремлении снова бросить Болгарию в войну я не могу…»[23].

Ну а для меня 1915 год закончился знаковой встречей с человеком, с которым я всегда мечтал познакомиться. С Антони Гауди. Великий архитектор принял мое приглашение и согласился посетить Санкт-Петербург. Его привез в Россию русский крейсер из состава Северного флота, а до столицы он добрался но железной дороге из Романова-на-Мурмане.