Генерал-адмирал. Книги 1-4

Политика кнута и пряника, начатая еще со времен Маньчжурского замирения, когда попавшихся на крупном воровстве и приписках тут же отправляли на рудники, а сумевшие сделать дело и если чего и урвать, то аккуратно — понемногу, не торопясь, выходили в миллионщики, принесла свои плоды. Бывшие «торговые короли», нагло разводившие бюджет на миллионы, мало-помалу либо переместились в места, оказавшиеся для них не столь уж отдаленными, либо, сделав выводы, перестали щеголять своей лихостью и расползлись по щелям. А их место заняли другие — не такие наглые, но гораздо более работящие и настроенные именно на результат. То есть даже шанс своровать что-то теперь имелся только у тех, кто мог предъявить полученный результат. И никак иначе. Так что если раньше торговый народ или железнодорожные «бароны» в открытую хвастались тем, на сколько они объегорили казну, сейчас делать что-то подобное стало уже не просто опасно, а вообще даже неприлично. И на такого хвастуна, если он начинал похваляться, даже в своей компании смотрели как на быдло. Ну и конкуренция у нас тут, совершенно точно, была на данный момент куда выше, чем в той истории, которую я знал. По моим, хоть и крайне примитивным, прикидкам (ну не было у меня точных данных по уровню промышленного развития России к 1910 году в покинутой мной истории), число промышленных предприятий в стране к настоящему моменту превосходило таковое на тот же год в другой истории не менее чем в два с половиной раза. А по числу работающих на них — так и вообще раз в восемь. А это уже как бы не на порядок более высокий уровень конкуренции, знаете ли…

Так что оптимизировать бюджет и резко сократить его потери, используя не только органы МВД и отдельного корпуса жандармов, но и вышколенный персонал Службы безопасности Канареева, к настоящему моменту насчитывающий почти восемьсот человек, и группу финансовых аналитиков Каца, как я самонадеянно планировал, не удалось. Ну нечего там было особенно оптимизировать. Все было крепко сбито и обоснованно. Каждый из пяти миллиардов семисот миллионов рублей государственных расходов сидел плотно в своей статье, и его нельзя было никуда выдернуть. Ну не мог я свернуть программу строительства больниц и фельдшерских пунктов, ибо они позволили резко, почти в семь раз, уменьшить детскую смертность и почти в четыре раза — смертность среди взрослых.