Генерал-адмирал. Книги 1-4

То есть этот договор системно ничего не изменил — ну неужели англичане не знали, что мы давно уже мечтаем о проливах? — однако вынул из нашего кармана сотню или более миллионов рублей. Блин, племянник, ну как же можно быть настолько наивным?! Да, мы получили договор с англичанами, который и я считал необходимым, но в каком виде? Есть договоры, которые желают соблюдать обе стороны, и есть другие, которые легко превратить в никчемную бумажку. Этот был как раз из таких. Англичане получат свои деньги, а затем, придравшись к какой-нибудь мелочи, денонсируют договор. Хотя бы в части проливов. Дредноуты-то у нас останутся, немцам все равно придется при ведении войны принимать их во внимание, деньги получены — так чего сохранять на себе невыгодные обязательства?.. Или даже не денонсируют, а просто не будут продлевать. Насколько он там заключен?

— Государь, а на какой срок заключен договор?

— На пять лет, но если стороны пожелают, он может автоматически продлиться еще на пять.

— Угу, если пожелают, понятно… А выход из него?

— По желанию сторон с предварительным уведомлением противной стороны не менее чем за два месяца.

Ну и тут все понятно. По мнению англичан, мы за два месяца проливы никак не захватим — все же там столица Османской империи и центральный военный округ с лучшими войсками. Так что они успеют и выйти, и подтянуть свои дредноуты и войска из метрополии и колоний. Вот ведь блин, получается, что сейчас, с договором, проливы от нас едва ли не дальше, чем до его заключения. Потому что едва только мы начнем хотя бы готовиться к захвату проливов, англичане наплюют на договор и… да переметнутся на сторону Германии! Ой как тонко теперь надо будет играть, чтобы ситуация не развернулась таким образом…

Я вздохнул. И что теперь делать?.. Бросил взгляд на племянника. А он-то, похоже, даже гордится тем, как «нагнул» англичан и заставил их принять на себя выгодные для России обязательства. Да плевали англичане на любые обязательства, если они не выгодны им самим! Ох, как все запущено… Ну да хочешь не хочешь, а надобно племянника просвещать.

— Понятно… — кивнул я.