Генерал-адмирал. Книги 1-4

Живучесть ствола при стрельбе тяжелым бронебойным снарядом весом шестьсот семьдесят килограммов при стрельбе полным зарядом по итогам пробных стрельб на полигоне составила не менее трехсот десяти выстрелов. При этом получившуюся башенную установку никоим образом нельзя было использовать на кораблях, поскольку ее суммарный вес составлял почти три тысячи тонн.[22] Ну не было и даже не разрабатывалось в данный момент кораблей такого водоизмещения…

И вообще начатая по моей инициативе разработка трехорудийных башен оказалась делом жутко муторным. Проблемы возникали на каждом шагу. Например, броня. Максимально возможная толщина брони, которую способны были изготовить на русских заводах в настоящее время, составляла всего двести пятьдесят миллиметров. Для лобовой брони башни я счел это недостаточным.

Последние разработки броневого листа мы вели еще по программам броненосцев, с которыми вступили в Русско-японскую войну, и более толстую броню с тех пор не разрабатывали — необходимости не было. В дредноутную гонку мы не вступили, и вообще боевых кораблей в последнее время строили крайне мало, да и те в основном малых классов. Сейчас верфи были по большей части заняты другими заказами — крупными «наливняками», ледоколами и транспортами усиленного ледового класса для Севморпути. Так что толстой брони для корабельных башен у нас пока не было. Она еще только разрабатывалась."

"Между тем я вспомнил, как нам в училище рассказывали, что то ли перед Великой Отечественной войной, то ли уже в процессе боевых действий, когда выявилась недостаточная забронированность наших танков, в СССР провели несколько экспериментов по усилению брони путем включения в ее состав слоя бетона. Я подложил язык, на заводе тоже провели эксперименты, и в конце концов у нас получилась башенная установка с броней, представлявшей собой пирог из двух броневых плит, между которыми был залит магнетитовый бетон. При этом стоимость получившейся лобовой плиты оказалась приблизительно равной стоимости плиты, изготовленной из двухсотпятидесятимиллиметровой брони. При том что, по нашим расчетам, подобный композит обеспечивал защиту не хуже, чем броня пятисотмиллиметровая, а то и лучше. Но вес или, скажем, размеры… Получившаяся у нас башня была просто чудовищно огромной — радиус обметания по броне составил почти десять метров[23] — и уменьшить ее никак не получалось, толщина брони не позволяла. А сокращать внутренний объем — так некуда будет вместить многочисленные механизмы заряжания. Либо надо серьезно упрощать конструкцию, значительно увеличивая долю ручного труда по обслуживанию орудия.