Генерал-адмирал. Книги 1-4

Ладно, потерпим — и не таких пересиживали…

И первые мои действия на этом поприще только подтвердили всеобщую версию. Ну кому могла прийти в голову такая глупость, как сокращение срока службы? Чушь же несусветная! Солдата учишь-учишь, готовишь его, готовишь, и только он привыкает к армейской службе, только у него начинает что-то получаться, как — раз! — его увольняют! Ну откуда тогда взяться боеготовой армии? А эта комиссия? Ну кто из серьезных людей будет так долго ковыряться в одном и том же? Да еще увеличивать и увеличивать число людей, набившихся в эту «детскую песочницу»? Ибо к моменту создания доклада, который меня в основном удовлетворил, численность членов комиссии уже зашкалила за две сотни.

Но я знал, что делаю. Все равно сдвинуть эту махину с места в одиночку можно было и не думать.

Вот я и использовал комиссию как способ, во-первых, собрать вокруг себя людей, способных хотя бы понять, что и как следует предпринять, и во-вторых, слегка переформатировать им мозги, освободить от забившей их рутины и возникшего в армии и обществе после победы в Русско-японской войне настроения шапкозакидательства. И это мне более или менее удалось. В основном благодаря тому, что для подготовки третьей, финальной версии доклада я воспользовался технологией покинутого мною будущего. То есть вывез две с лишним сотни членов комиссии в Магнитогорск, разместил их в общежитии сельскохозяйственного факультета университета, располагавшегося в нескольких верстах от города (студенты в тот момент как раз разъехались на практику), и устроил там мозговой штурм пополам с тренингами. Так что через десять дней в моем распоряжении были две сотни офицеров в чинах от поручика до генерала, уже способных понять, какую армию я хочу получить на выходе, и при некотором напряжении одобрить и даже поддержать те действия, которые я собирался для этого предпринять.

Так что едва комиссия по обобщению опыта Русско-японской войны закончила работу, разразившись стадвадцатистраничным докладом с разделами: действия пехоты, действия подвижных сил, действия артиллерии, применение авиации, организация маршей, инженерное оборудование позиций, снабжение войск, санитарное обеспечение и еще несколькими, — тут же на ее основе была создана новая комиссия — по организации Генерального штаба. Ибо, несмотря на то что в вооруженных силах Российской империи существовали такие словосочетания, как «Академия Генерального штаба» и «офицер Генерального штаба», самого Генерального штаба не существовало. Но его реальное формирование я отложил до будущих времен. Я собирался отобрать туда офицеров, которые наилучшим образом проявят себя при осуществлении хотя бы начальных этапов военной реформы.