Генерал-адмирал. Книги 1-4

О степени деморализации японцев наглядно свидетельствовал тот факт, что расквартированная в городе рота территориальных войск Японии, вооруженная хоть и устаревшим, но огнестрельным оружием — винтовками «Мурата», не оказала сопротивления, просто сложив оружие. Как, к счастью, поступил и батальон местного ополчения…

Когда официальная часть приема закончилась, ко мне подошел новый премьер-министр Японии Ито Хиробуми. Вернее, «новый старый», потому что пост премьера он занимал несколько сроков подряд, аж с 1885 года, когда этот пост, собственно, и был введен. У себя в стране Ито был известен лояльным отношением к России, и когда Япония окончательно взяла курс на военное столкновение, его быстро отправили в отставку. А вот теперь он был вновь призван императором, дабы вступить в переговоры о заключении мира.

— Могу я иметь счастье еще раз увидеть ваше высочество до вашего отъезда на родину?

— Несомненно, — улыбнулся я японцу. — Завтра же жду вас у себя. Какую кухню, друг мой, мы будем дегустировать на этот раз?

Ито улыбнулся:

— О, я смиренно возлагаю выбор на ваши крепкие плечи, друг мой."

"И мы оба рассмеялись. Наши встречи, явно переросшие в дружеские, уже были обставлены ритуалами. Так, Ито знакомил меня с кухней различных районов Японии, я же, принимая его у себя и пользуясь наличием собственного повара, которого выписал из своего дворца в Санкт-Петербурге, устраивал пир в рамках какой-нибудь европейской кухни — русской, французской, итальянской, испанской и так далее. Не то чтобы он был с ними не знаком — у премьер-министра все же немало возможностей познакомиться со всем, с чем он только пожелает, — но вот так, тематически, да еще и с какой-нибудь изюминкой, на которые мой повар был горазд, Ито, похоже, вкушал европейские яства впервые.

Переговоры о мире при посредничестве Англии и САСШ (и в первую очередь, под их давлением) начались в мае 1904 года. Ну и, соответственно, я был назначен главой русской делегаций.

Перед тем как отправиться на переговоры, я сначала добрался до Санкт-Петербурга, где не был уже четыре года. Надо было разгрести накопившиеся дела, а главное — резко ускорить исполнение всех наших с Кацем планов. Яков должен был вот-вот вернуться в Маньчжурию из САСШ. Уж коли война фактически закончилась, можно активно взяться за воплощение наших замыслов. Мне предстояло накрутить всем хвосты и обеспечить Якова всеми необходимыми ресурсами. Впрочем, особенно крутить хвосты не пришлось. Здесь все было в порядке. Пока я «развлекался» на Дальнем Востоке, Канареев и Кац, когда он еще находился в столице, вышколили персонал настолько хорошо, что все наши финансово-торговые операции в Европе, которые шли во время войны, были исполнены на «отлично».