Генерал-адмирал. Книги 1-4

— Может быть, — продолжила между тем американка, — если сумею взять у вас интервью. А то вы так упорно скрываетесь от репортеров, что вас уже прозвали русским сфинксом.

— Как? — Я рассмеялся. — Вот шельмы!

— Что? — не поняла американка, потому что это слово я произнес по-русски. До сих пор разговор у нас шел по-английски.

Я махнул рукой — чепуха, мол, не стоит внимания. Американка грациозно кивнула, а я почувствовал, что меня снова пробрало. Вот черт! Все ж таки внешность для женщины хоть и важна, но не самое главное. Куда важнее, как женщина двигается. Эта двигалась умопомрачительно. Что вполне объясняло, как молодая и незамужняя женщина сумела попасть на данное мероприятие. Несмотря на всю патриархальность здешних нравов, в любом месте, где присутствуют мужчины, обязательно должен найтись хотя бы один, не способный ей отказать. Да что там один — дюжина, не меньше! И что мне-то делать?.. Ладно, посмотрим, как дальше будут развиваться события. Судя по тому, как Эшли Лоутон на меня смотрит, она не просто готова быть соблазненной — она сама пытается меня соблазнить. Да, в САСШ далеко эмансипация зашла. Впрочем, при чем тут эмансипация? Если женщина чего-то хочет, она чаще всего свое получает. Вне зависимости от времен, стран и народов. Такова истина.

В тот, первый, раз я отшутился и удрал. Несмотря на то что мое либидо взволновалось, я не был склонен сразу же затаскивать в постель совершенно непроверенного человека. О том, что она богатая американка из Саванны, было известно только с ее слов. Так что эта особа вполне могла быть и подставой англичан, преследующей какую угодно цель — от попыток внедриться в мое окружение до, скажем, осуществления разовой акции по заражению меня, любимого, сифилисом. А в это время, при существующем уровне медицины, сифилис неизлечим. И потому, прости господи, пойду-ка я дрова порублю."

"Я по-быстрому свернул разговор, пригласил всех в столовую, а спустя час после всех официальных тостов и поздравлений извинился перед честной компанией и, сославшись на усталость, слинял. Меня поняли и простили. Ну да еще бы. После прибытия в Преторию Филадельфию я был мгновенно вовлечен в круговорот совещаний, отчетов и встреч. И если мой отчет перед акционерами Западно-Трансваальской железнодорожной компании был, по существу, формальностью, ибо главный итог моей деятельности на посту председателя совета директоров этой компании был у всех перед носом, то вот известие о том, что Русско-трансваальская торгово-промышленная компания уже является обладателем двух пароходов и в течение ближайших нескольких лет получит еще четыре, произвело фурор.