Генерал-адмирал. Книги 1-4

К сожалению, гремевшей в мое время русской школы конструирования стрелкового оружия покамест не существует, уже десятки лет русская армия закупает оружие, созданное иностранцами — Берданом, Наганом, Смитом и Вессоном, Норденфельдом. Отечественную же оружейную школу надо создавать заново, причем на максимально передовой основе. Поэтому я и употребил все свое влияние, чтобы сначала сформировать на базе Тульского завода группу по стрелковому оружию под руководством Мосина, включив в нее пару инженеров, химика-технолога и нескольких опытных мастеров-оружейников, пусть и преклонного возраста, но обладающих гигантским опытом, коим как раз вследствие возраста грозило скорое увольнение с завода, а затем, после нескольких месяцев притирки, отправить основную часть группы на стажировку. Кроме того, каждому из них Главное артиллерийское управление выделяло достаточную сумму на закупку наиболее интересных образцов оружия и оснастки. Но это был максимум того, что я мог для них сделать. Стрелковое оружие — не моя епархия. Во флоте властвуют пушки.

Письмо Менделеева оказалось более пространным. Дело в том, что я собирался создать нечто вроде лаборатории по совершенствованию конструкции кораблей и корабельного вооружения. В том числе и для проверки и доработки тех, по большей части обрывочных, воспоминаний, которые присутствовали у меня в голове. Например, о разнесенном бронировании или о том, что русские снаряды в Русско-японскую войну имели крайне грубые взрыватели, благодаря которым наши снаряды могли взрываться даже после того, как пробивали корабль насквозь. Или не взрываться вовсе. Ну и еще кое-что было. Но насколько то, что я запомнил, имеет отношение к действительности — надо было еще установить. Я вон пару лет принадлежал к числу правоверных резуноидов и свято верил в ту чушь, что написал этот выкормыш британской разведки, пока мой однокашник по училищу Серега Пономаренко, работавший системным аналитиком в банке, во время очередной пьянки на день выпуска не разложил все резуновское вранье по полочкам. И не только резуновское, впрочем, — начиная со всей системы немецкого блицкрига, предусматривающей превентивное, опережающее нападение на противника.