Ген подчинения. Том 3

— Я впервые за тысячелетия испытала нечто подобное, Михаил, и губить тебя, тем самым не оставив своим божественным потомкам такое сокровище, я не намерена. — Верткий тонкий язычок, огибая ствол, закручиваясь, двинулся к моим яйцам, а после прижав их, направился прямо к заднему проходу.

— А вот этого делать не надо! — пытаясь руками защитись своё целомудрие, веселя богиню, затрепался я, и та отступила, остановившись лишь на глубоком минете, от которого у меня аж глаза из орбит повыскакивали.

— Госпожа… — непонимающе простонала гомункул.

— Давно хотела попробовать, да только статус не позволял, а сейчас, когда меня в ближайшее время отправят на перерождение, это всё не имеет никакого смысла. Если у тебя всё, то можешь спасать собственную жизнь, или присоединиться к нам, думаю, тебе понравится. — Произнеся реплику освободившимся ртом, богиня, удовлетворенная моим вновь готовым к работе членом, быстро вернулась к прежней позиции.

— Почему Вы так спокойны? Ваша империя рушится на глазах, когда Вы развлекаетесь! А как же господство, высшая цель? — Глядя на резко сдавшуюся императрицу, всё так же жалобно простонала девушка. — Для чего тогда мы пришли на этот свет?

— О, боги, почему даже в такой прекрасный момент я постоянно кому-то и что-то должна доказывать и объяснять? Все ведь и так предельно очевидно! Где есть свет, должна быть и тьма, это баланс. Когда вторая великая игра закончилась, мир смертных замер на пороге великой беды, способной уничтожить весь мир. Если бы не скрытая угроза, возникшая из неоткуда и не объединившая против себя добрую половину небесных пантеонов, вполне возможно, планета была бы уничтожена, и вместо тех, кем можно править, на тысячелетия остались бы лишь обгоревшие головешки черепов.

Мы — первые из общества, в последующем назвавшего себя Триадой, объединились с целью предотвращения такого исхода. Мой отец-миротворец, постоянно стремящийся к миру, и великий стратег Сунь Цзи имели другие взгляды на данный вопрос, тем самым вынудив нас их устранить. Как итог, мы почти на столетие заняли умы богов другими волнующими тех вопросами. Благо, Укун умел хорошо бесить богов и находить новых врагов, пусть и делал он это отчасти не по своей воли. Мы воевали, сражались, строили из себя плохишей, и, бесспорно, будь у нас чуть больше времени, — воскресили бы Сусаноо, направив силу того на борьбу против богов, защитив тем самым мир смертных от очередной глупой игры, способной его разрушить. Ведь в отличии от вас, людей, занятых рутиной типа добычей еды и прочего, мы, боги, очень опасны в состоянии безделья и скуки. Хороший бог — чем-то занятый бог, и, к сожалению, война зачастую — единственный способ развеять скуку. Так пусть лучше льется грязная кровь небес, чем ни в чем неповинная земная.