Атаман. Гексалогия

Я осмотрел раны; попросив у челяди длинную плотную холстину, туго перепеленал грудную клетку.

– И долго мне так лежать?

– Седьмицу, не меньше. Потом можно будет вставать, а об охоте забудь до Масленицы.

– Какая охота? Охотники мои вернулись, шкуру привезли, сейчас обрабатывают. Рассказали, что ты меня без памяти увез. Ладно хоть живой остался. Знакомца жалко – убил его медведь; хороший мужик был, пусть земля ему пухом будет.

Я захаживал к нему каждый день, с удовольствием наблюдая, как идет на поправку купец. Бог здоровьичком Гаврилу не обделил. Не многие из моих современников могли остаться в живых после такого. Тулуп помог – смягчил удар и не позволил когтям снять кожу.

Через неделю купец уже начал вставать и потихоньку ходить, придерживаясь за бок; иногда постанывал сквозь зубы, но, в общем, быстро шел на поправку. Я посоветовал ему найти у восточных купцов на торгу мумие, и, к моему удивлению, на следующий день увидел у него на столе это, напоминающее смолу, лекарство. Отщипнув кусочек, я положил его в рот. Да, это оно – этот вкус не спутаешь ни с каким с другим.

С кресла за мной с интересом наблюдал купец.

– Слава Богу, а то сумасшедшие деньги за него отдали – а ну как обманули?

Я объяснил ему, как принимать лекарство.

– В баню хоть можно? А то запаршивею скоро. А хочешь – вдвоем сходим. Сейчас распоряжусь, быстро затопят.

Делать мне в этот день было особо нечего, и я согласился. А пока прислуга накрыла стол, и мы не спеша отведали копченого угря, осетрового балыка, горячих еще пряженцев с разной начинкой.

Тут и банька подоспела. Любил я это дело. Бывало, вернешься после похода, весь пропыленный и пропотевший, смоешь с себя грязь – и как будто кожу новую надел, а вместе со старой сбросил и груз забот.

Купец толк в бане знал – знай себе, плескал на раскаленные камни хлебным, квасом, пока дышать стало нечем. Мы обходили друг друга веничками, полежали на полках, попотели, обмылись. Памятуя о ранении, в снег да в прорубь не выскакивали голышом.

В предбаннике уже стоял накрытый стол с самоваром, баранками, здоровенной головой сахара. Мы надели чистые одежды, уселись почаевничать. Благодать. Все-таки русская баня – не душ на скорую руку, и тело в чистоте держит, и дух укрепляет.

– Хорошо-то как! – Купец с шумом отпил из блюдца вприкуску с сахаром и баранкой.

Я последовал его примеру – действительно здорово. Попотели, утирая лица расшитыми льняными полотенцами, еще попили чайку, с вареньем. В глиняных плошках каких только видов его не было – малина, морошка, черника, костяника, груша и еще что-то такое, что даже на вкус определить сложно.

– А то! Только понять не могу, из чего.

– Это приказчик мой расстарался, из-за моря привез, в Кафу нонешнее лето ходил с товаром, называется – фейху.