Атаман. Гексалогия

Старик, обрадованный моим восторгом от полученного подарка, заулыбался.

– Заходи еще. Что-то раньше я тебя не видел у нас в городе, хотя всех книгочеев наперечет знаю.

– Не местный я, из Москвы послан к вашему воеводе, служить на заставе.

– Храни тебя Бог, юноша.

Придя во временное пристанище, на постоялый двор, едва сняв кафтан, я развернул карту, положил на стол, стал разглядывать. Конечно, тот, кто ее чертил, не все нанес точно, я сразу выявил несколько ошибок, но в целом – неплохо. Указаны города, реки с мостами или бродами, переволоки для судов между реками, озера, горы – даже караванные пути между городами и по Дикому полю. Ай да старичок-книготорговец, удружил, хороший подарок. Составлена карта была явно давно, некоторых небольших городков на ней еще не было, из чего я сделал вывод, что карте больше полсотни лет, а то и более.

Ближе к вечеру пришел изрядно выпивший Петр, раздраженно пробурчал что-то нечленораздельное и улегся спать. Я последовал его примеру.

Всю неделю я читал книги, иногда посмеиваясь над знаниями древних лекарей, иногда удивляясь их точным наблюдениям над симптоматикой болезней. Ну а книгу по траволечению просто изучал – к сожалению, в те времена травы были заменителями лекарств.

Незаметно пролетела неделя. При очередной встрече Михаил, старший по будущей заставе, обрадовал:

– Завтра утречком выходим, будьте готовы.

Только встало солнце, как мы уже на конях, плотно позавтракавшие, ждали у Одоевских ворот медленно двигавшийся обоз.

Потянулись унылые дни дороги. Впереди, во главе обоза ехали двое проводников из местных, затем конный десяток ратников, за ними – старший по заставе, и потом уж тянулись десятка два телег, груженных крупой, сухарями, но в основном – жердями и бревнами. Мы с Петром ехали сзади, в арьергарде, прикрывая тыл.

Стоило нам отъехать от Тулы на пару дневных переходов, по моим прикидкам – километров на тридцать, как наезженная дорога стала уже и вскоре пропала совсем. Деревенек, как и распаханных полей, тоже не стало видно. Куда не глянешь – степь, овраги, иногда перелески.

Мы приближались к границе Дикого поля. Собственно, границы как таковой не было – с пограничными столбами, стражей, вспаханной контрольно-следовой полосой. Но все знали, что мы уже покидаем обжитые земли.

Через неделю – может, немного больше – мы встали на ночевку у какое-то речушки. «Все! – объявил Михаил, – больше никуда двигаться не будем, с утра осмотримся и будем обустраиваться».

Поутру, ополоснув лицо в прохладной речной воде, перекусив салом с сухарями, ратники попарно поскакали в разные стороны присматривать удобное место для постройки заставы. Нам с Петром повезло. На слиянии двух рек – одной побольше, другой поменьше – обнаружился высокий берег, поросший сосной.