Где я, там смерть

Свон, не задавая вопросов, с той же невозмутимостью, которая могла посоперничать только с невозмутимостью Куртни, зашла за ним в его кабинет и прикрыла дверь.

Присев на край стола, Рэй снял очки и посмотрел на женщину.

— Как видите, к сожалению, все свои запланированные на сегодня визиты я вынужден отменить. Думаю, и здесь оставаться не имеет смысла, разве что смешить своей подпорченной физиономией сотрудников. К тому же, я неважно себя чувствую. Я бы попросил вас…

— Хорошо, я все поняла, — перебила его Дебора, слегка улыбнувшись.

Рэй улыбнулся в ответ.

— Вы уверены, что с вами все в порядке? — участливо поинтересовалась она с беспокойством во взгляде.

— Да, пока да.

— А ваши проблемы… о которых вы мне говорили вчера? Они решены?

— К сожалению, пока нет.

— Я могу вам помочь?

Он бросил на нее веселый взгляд и приятно засмеялся. Оторвавшись от стола, он подошел к ней и слегка коснулся ее плеча.

— Не беспокойтесь, но все равно спасибо. А теперь мне нужно идти. Кстати, вы знаете, что Касевес в больнице?

— Нет, не знаю, — ее эта новость явно огорчила. — Сердце? Серьезно?

— Нет, вроде. Плохо стало, старик позвонил своему доктору, тот и забрал его в больницу. Насколько мне известно, приступа не было. Но старику придется подлечиться. Я сейчас еду туда, узнаю все подробно, вам позвоню.

— А можно мне с вами?

— Ну, поехали, почему нет? — он надел очки, чтобы не шокировать и без того пораженных подчиненных и, открыв дверь, вежливо пропустил Свон вперед. — Я буду ждать вас в машине.

Свон задержалась на пару минут, чтобы отдать распоряжения Виктории, и невольно проводила его взглядом, любуясь высокой, по-юношески стройной и гибкой фигурой. Потом заскочила в свой кабинет, поправила прическу, макияж и, захватив сумочку, с трепещущим сердцем пошла на улицу.

Он ждал, присев на крыло своей машины, такой же великолепной, как и он сам, как подумала Свон. Разбитые губы и лоб, расплывшийся по щеке синяк в сочетании с мощными плечами и угадывающимися под рубашкой крепкими мускулами, придавали ему скорее более мужественный вид, чем поверженный и жалкий, как у человека, которого хорошо отлупили. Он галантно открыл перед ней дверь машины, подарив ослепительную улыбку, от которой у нее подогнулись ноги, и она поспешила сесть, чтобы не упасть. Закрыв глаза, она перевела дыхание.

«Боже мой, какой мужчина!» — в который раз восхитилась она.

Она боялась посмотреть на него всю дорогу, прилагая невероятные усилия, чтобы унять дрожь в теле.

Он сидел рядом, непринужденно управляя машиной, и тоже молчал, погрузившись в свои мысли, судя по выражению его лица, не очень веселые. Свон заметила, что он старается не пользоваться левой рукой, положив ее на дверь машины, и лишь придерживал слегка руль, когда другой рукой переключал скорость.