Где я, там смерть

Эти мысли всегда сопровождала какая-то тихая грусть, но сейчас Кэрол почувствовала только злобу. Она ненавидела весь мир. И всех мужчин.

— Я знаю, ты злишься на меня и осуждаешь за мою любовь, — тихо сказал он.

— Осуждаю? — она ухмыльнулась. — Да я тебя ненавижу за это, ты слышишь — ненавижу!

Схватив его за руку, она со всех сил рванула его к двери и, толкнув в спину, выставила из комнаты и захлопнула дверь.

— Сволочь, — простонала она и опустилась на пол, беззвучно расплакавшись от обиды и боли за Куртни. Подумать только, он желает смерти Куртни только ради того, чтобы удовлетворить свою похоть! Лучше сам пусть сдохнет, скотина! И действительно, сразу всем полегчает. По крайней мере, ей и Куртни — точно.

Утром Кэрол поехала в больницу к доктору Тоундсу.

Он приветливо ее встретил, но его взгляд сразу не понравился Кэрол, она не могла понять, чем именно, но тело ее забилось в нервной дрожи. Он посмотрел на нее только один раз, а потом стал прятать глаза.

Кэрол замерла на стуле, чувствуя, как безумное отчаяние и панический страх заползают в ее сердце.

«Нет, нет, нет! Только не это! Господи, умоляю! Хоть раз в жизни, откликнись на мою мольбу!», — кричала она про себя.

Доктор бросил на нее взволнованный взгляд.

— Господи, вы побелели, как снег! — он, едва опустившись на стул, подскочил и бросился к шкафчику, открыл его и стал что-то торопливо искать. — Джек вам уже сказал, как я понимаю? Не нужно отчаиваться, медицина в наше время может творить чудеса! Главное, не нужно сдаваться.

Он подскочил к ней и протянул какие-то таблетки.

Кэрол невидящим взглядом уставилась на его раскрытую ладонь.

— Что это?

— Это успокоительное. Выпейте, — он другой рукой протянул ей стакан с водой, но девушка вдруг закатила глаза и рухнула со стула на пол.

— Боже… — простонал доктор и, поставив стакан и отбросив таблетки, поднял молодую женщину с пола и аккуратно положил в большое кожаное кресло в углу кабинета. Веки ее дрогнули и приоткрылись. Доктор взял тонкое запястье и замер на мгновенье, прислушиваясь к пульсу.

Когда у Кэрол окончательно прояснилось в глазах, она увидела, что он склонился над ней со шприцом в руках.

— Что вы делаете? — прошептала она.

— Вам полегчает, — отозвался он и уверенно ввел иглу в вену на ее руке. — У вас неравномерный и слишком редкий пульс. Сердечными заболеваниями не страдаете?

— Как вроде… нет.

— Проверьте сердце, обязательно, — прижав кусочек ваты к месту укола, он как-то нервно и неестественно улыбнулся. — Посидите так чуть-чуть, не вставайте. Вам сейчас станет легче.

Он отошел и выбросил использованные шприц и ампулу в урну.

— Так он вам не сказал, — проговорил доктор. — Мы говорили с ним вчера, и я подумал… впрочем, не важно.

— Что с ним? — прохрипела Кэрол.