Хорошо там, где нас нет

Нет в мире живого существа ядовитее его! Это такой яркий и опасный образец нашей фауны, без которого естественный отбор сильно бы затормозился. Не знаю, получится ли у меня познакомить вас хотя бы с одним экземпляром драфу лекретис.

Не приведи господь!

– Но ректор пока не подписывает мне заявление. Не переживайте, я буду стараться!

Осмотревшись, увидела, что большинство одногруппников просто счастливы от этого обещания, да и ребята были в полном восторге.

– Вы что, действительно желаете познакомиться с этой тварюшкой? – шепотом спросила я у парней.

– Конечно! Такой опыт! Он запомнится на всю жизнь! – восторженно прошептал Слава.

Ну то, что эта встреча запомнится мне на всю жизнь, я не сомневаюсь, но не уверена, что нуждаюсь в подобных воспоминаниях.

– Зато будет, что потом рассказать друзьям и внукам, – довольно прошептал дракон.

Ага. Только не думаю, что кто-то захочет это услышать. Хотя если только преподавателю: впервые я нормально сдам быстрый бег на длинную дистанцию.

В наших отношениях с преподавателем физподготовки никаких сдвигов не наметилось. Он все так же хотел от меня больше того, на что была способна, я в свою очередь отказывалась совершенствоваться физически.

На первое занятие Бора Тронсена в новом полугодии я шла, словно на каторгу, хотя где-то даже была рада увидеть физрука, а вот он меня – совсем нет. Его кислое выражение лица сильно подняло мне настроение. А потом нам сообщили задание…

Чему я не переставала поражаться, так это тому, что, несмотря на откровенную нелюбовь ко мне, преподаватели – что по фауне, что по физическим навыкам – очень ответственно продолжали выполнять свою работу. В нашем мире меня бы давно попытались отчислить или заставить уйти самой, а тут… все такие правильные.

Но что-то все равно не менялось: на истории я так же спала, целительство бездумно учила.

Мукой для меня, к моему большому удивлению, явились лишь три предмета. Первые два – прикладная и начертательная магия. Я старательно учила и разбирала заклинания, идеально вычерчивала все больше узоров, но практика была для нас недоступна. И это просто ужасно – учить знания и не иметь возможности применить их практически, посмотреть на результат и отточить свои умения…

Я не сомневалась, что в следующем году вспомню все, чему нас научили. Но что, если я так и не смогу создать ни одного заклинания? Что, если попала сюда по ошибке и на самом деле у меня нет никаких способностей к магии? Чем дальше, тем страх того, что я пустышка, все больше и больше преследовал меня.

Меня очень тревожила еще одна вещь, о которой я не решалась рассказать ни одной живой душе, – то самое видение сражения перед развалинами храма.

Тогда, присутствуя на поле боя, я ощущала неведомые для меня чувства. Я любила.