Где я, там смерть

Он знал, что это один из самых ужасных моментов в его жизни, возможно, даже самый ужасный, но все равно не остановился. Впервые он не испытывал удовольствия от своей мести, но знал, что не откажется от нее, даже если она будет причинять ему боль, как сейчас. Боль, которую он испытывал по вине этой девушки, была гораздо сильнее. А его ярости и злости не было конца, когда он думал о том, что она сделала с его жизнью, лишив его самого дорогого — любви единственной в мире женщины, которую он любил. Что ж, Даяна у него отобрала Кэрол, Даяна ее ему и вернет. А заодно и поплатится за свою наглость. Сама виновата. Он ее предупреждал. Она сама сделала свой выбор.

Глава 18

На следующий день все газеты пестрели громкими заголовками об убийстве известной в стране топ-модели и фотографиями изумительно прекрасной несчастной девушки. Как предполагала пресса, Даяна Спенсер пала жертвой собственной популярности и красоты, которой соблазнился какой-нибудь маньяк или просто подонок, и тому после надругательства не оставалось ничего другого, как убить знаменитую модель, которая, как известно, была любовницей свирепого Джека Рэндэла, дабы не отправится за решетку стараниями адвоката.

А еще через два дня пресса взорвалась новой сенсацией — убийца найден!

Арестован Рэй Мэтчисон.

Каким-то образом в прессу просочились пикантные подробности, сообщавшие, что обнаруженная в теле изнасилованной и убитой девушки сперма принадлежала подозреваемому. На одежде жертвы были так же его кровь и пара волос. К тому же тело было обнаружено всего в двух кварталах от его дома, и Рэй Мэтчисон был знаком с девушкой. В виновности арестованного не сомневались ни полиция, ни пресса, не смотря на то, что он своей вины не признавал. Оставалось только ждать, когда он получит по заслугам.

Все, что теперь интересовало прессу и ее аудиторию — это реакция на все это Джека Рэндэла, вмешается ли он в это дело, и если да, то чью сторону примет — деверя или своей убитой любовницы. Станет ли защищать брата своей жены или же наоборот, сделает все, чтобы ему влепили, как говорится, по самую катушку.

Джек Рэндэл пока хранил молчание и ничего не предпринимал, то ли раздумывая, то ли чего-то ожидая…

На этот раз, возможно, впервые в жизни Джеку нравилась то, о чем писала и сообщала пресса, и он получал от этого истинное удовольствие, забавляясь над происходящим, особенно над тем, что Рэя почему-то предписали ему в деверя. Пресса охотилась за ним, вооружившись микрофонами, подстерегая у дома и офиса, но он пока не давал никаких комментариев. Он действительно ждал. Но от того, чтобы навестить своего «деверя» в камере, не удержался. Слишком велико было искушение посмотреть на него в новой обстановке, в мире решеток и замков.