Где бы ты ни скрывалась

— Спасибо, что согласились встретиться со мной, — неуверенно начала я.

Я действительно удивилась, что Сэм согласилась прийти ко мне на встречу, при ее-то занятости.

— Не за что, — сказала она. — С утра мечтала выбраться из душного офиса — надо ловить момент, погода-то какая!

Он отпила пива, облизнула губы и выжидающе посмотрела на меня.

Я начала с самого начала. Рассказала про нашу с Сильвией дружбу, про то, как я скучала, когда она уехала в Лондон, про отношения с Ли. И как недавно я увидела ее в проезжающем мимо автобусе, и как Ли указал ее адрес в анкете, когда пришел устраиваться к нам на работу. Рассказала, как ездила к ней с месяц назад и про нашу встречу в кафе, и напоследок показала записку.

Сэм несколько секунд разглядывала записку, потом подвинула ее обратно ко мне:

— И что она означает?

— Как это — «что означает»? Только то, что теперь Ли обращается с ней так же, как когда-то со мной… Наверное, бьет и насилует.

— Это она вам рассказала?

— Вообще-то, нет…

— Она говорила, что боится его? Или хотя бы давала это понять?

— Нет, напрямую не говорила, но на это указывают многие косвенные факты. Во-первых, она позвонила мне в среду утром из телефонной будки, а не с мобильного. Почему, спрашивается? Да потому, что Ли когда-то прослушивал мой телефон, читал мою корреспонденцию, то есть был полностью в курсе всего, что я могла затевать. Думаю, он и сейчас ведет себя так же. Во-вторых, для встречи она выбрала людное место со многими выходами — наверное, боялась, что за одной из нас будет хвост. И наконец, вы бы видели, как она была одета!

Сэм с любопытством уставилась на меня. У нее были большие голубые глаза, как у ребенка, но они как-то не вязались с ее абсолютно не детским, жестковато-циничным выражением лица.

— Понимаете, Сильвия всегда одевается как попугай — таких ярких, как у нее, расцветок, наверное, никто в мире не носит. Она любит шелк, замшу, кашемир. Стразы, блестки. А в среду на ней был костюм для секретарши: белая блузка, черная юбка… свои вещи она запихнула в пакет. Почему, спрашивается? Да чтобы слиться с толпой, чтобы ему сложнее было выследить ее, вот почему!

— Мм… интересно.

— Наверное, он шел за ней, как когда-то ходил за мной. Кстати, у нее с собой не было сумочки, только тот большой пакет.

— Правда? А это еще почему?

— Тогда я как-то не обратила внимания, но думаю, что он установил в ней какой-нибудь «жучок». Понимаю, это все дико звучит, но я жила с ним, я знаю, на что он способен.

Сэм улыбнулась и кивнула:

— Но она ничего не говорила о том, что ее обижают, даже несмотря на отсутствие сумочки?

— Не говорила. Ведь мы не успели толком ничего друг другу сказать: зазвонил ее телефон. Полагаю, он ее все-таки выследил. Она ушла сразу же после этого. Мы просидели-то вместе минут пять, не больше.