52 Гц

Гарри оказался тем самым. Из «Киприани», с Санденса. У него было около миллиона подписчиков и пара сотен выпусков — пятнадцатиминутные ролики, в каждом из которых он с наслаждением обсасывал чужие жизни, романы, карьеры и неудачи. Один из выпусков был посвящен его возможным отношениям с Питером: нарезки из их интервью с хлесткими комментариями, промофото, собранные по сети чужие арты и коллажи, на которые была налеплена цензура — творчество вдохновившихся фанатов. Майкл не стал смотреть до конца.

Видимо, вот он-то под него и копал все это время. Вот же ублюдок. Предъявить ему было ничего нельзя — все его сплетни формально строились на предположениях и догадках, на том, как он приклеивал друг к другу разрозненные факты, иногда совершенно не связанные между собой. Начнешь оправдываться — сделаешь себе только хуже. Не он первый, не он последний из тех, кто кормится за чужой счет.

Майкл выкинул его из головы и вернулся к работе.

«Я прилечу в Лос-Анджелес в конце июля», — написал Джеймс. — «На неделю».

Майкл смотрел на экран телефона, перечитывая короткое сообщение. Джеймс прилетал вместе с представителем французской кинокомпании, чтобы, помимо благотворительности, поучаствовать в продвижении «Баллингари». На ближайшем кинофестивале должен был выйти их первый трейлер, и им нужно было дать пару интервью и потрепаться за кулисами.

Они увидятся, и… и что? Что-то будет? Это уже не спишешь на случайный порыв, на «я не хочу ему изменять». Нет, это будет значить… что-то. Что ничего не кончилось. Что тянет, как прежде. И уже не на бегу, не впопыхах, не за десять украденных минут.

Майкл отложил телефон, запустил руки в волосы. Он так часто поступал, как мудак, что уже просто не знал, а как это бывает — правильно. По-хорошему. Спать с чужим почти-мужем — это мудачество?.. А как насчет того, что это его Джеймс?.. Его Джаймс!.. Не станет ли только хуже?.. Им всем.

«Могу встретить», — коротко написал он.

«Было бы отлично», — написал в ответ Джеймс.

«Подброшу до отеля».

«Спасибо».

Спасибо! Что было в этом «спасибо» — благодарность?.. Разочарование? Ревность? Надежда? Сарказм?..

Майкл чувствовал, что еще немного — и у него от волнения начнут дрожать руки. Он не знал, что сказать в ответ. Гадал, о чем думает Джеймс, сидя за своим телефоном. Где он вообще? Чем занят?.. Думать об этом было мучительно. Так же мучительно, как ощущать его отсутствие в своей жизни, осознавать невозможность увидеть его, поговорить с ним. Время бежало, оставляло странное впечатление. Оно было неравномерным. То часы пролетали так, что он едва успевал замечать — то они тянулись, как гусеница, долго-долго, и Майкл успевал раз пятьдесят проверить входящие, боясь и надеясь увидеть там новое сообщение. Даже плотный график съемок не отвлекал.