52 Гц

 — Потом, когда я видел, как ты читаешь сценарий… Когда ты сказал, что ты будешь гордиться, попросил не отдавать никому эту роль… Моя броня начала рассыпаться. Тогда я в первый раз подумал, что страшно ошибся, когда перестал верить в тебя. Я видел, как ты смотришь на меня. Я видел, что в тебе ничего не умерло. Потом, когда видел, как ты работаешь с Питером… деликатно, чутко. Искренне. Я понял, что значили твои слова… что Виктория — это твоя работа. Я думал — ты просто нашел удобную отговорку, чтобы оправдывать все свои связи. Но теперь я понял… это не так. Твои девушки, с которыми ты появляешься на публике… это и правда часть твоей работы. Прости меня.

Майкл тяжело вздохнул, зарылся губами в его волосы. Погладил по шее, зацепился пальцами за кожаный шнурок. Вздрогнул от внезапного осознания. Не дыша, подцепил его, вытащил из ворота. Положил на ладонь подвеску.

Лук со стрелой.

— Я не хочу ему изменять, — тихо сказал Джеймс сдержанным от слез голосом. — Я хотел сделать это один раз. Попрощаться. Понимаешь?..

— Да, — сказал Майкл и опустил руку, оставляя старый подарок висеть на шнурке.

Когда он вернулся на съемочную площадку, он нашел в телефоне десять пропущенных вызовов от Зака и несколько его сообщений.

«Закончишь трахаться — перезвони».

«Надеюсь, это не Лейни».

«И не Сазерленд».

«Господи, только не Сазерленд!»

«У нас большие проблемы».

«Лейни только что бросила девушка».

«Все говорят, что это из-за тебя».

Глава 21

Майкл оставался на месте съемок, даже когда все уже закончилось. Ему казалось, он прожил здесь целую жизнь. Оставлять ее в прошлом, понимать, что все кончилось, было трудно. Он прощался с этой историей, с этим местом. С Эриком, который врос в его плоть и кровь настолько, что Майкл не вполне понимал, как будет жить без него. Как он вернется назад, к прежней жизни, в Лос-Анджелес. К новым съемкам, к Виктории, к Ларри. Этот фильм перепахал его, словно поле, и он не знал, как собрать себя заново, как запихнуть внутрь все то, что пришлось из себя вынуть. Конструктор больше не собирался, части не подходили друг к другу, не желали складываться в единый механизм и работать, как раньше. Он не был прежним.

Он чувствовал себя мертвым. Ожившим зомби, который потерянно бродит вокруг старого дома, смотрит в окна, но не может войти в прежнюю жизнь.

Джеймс, может быть, понял бы его, но с Джеймсом было уже не поговорить. Он уехал."

"Не замечая времени, Майкл прожил пару недель, глядя, как постепенно исчезают все признаки того, что здесь было. Как уводят технику, как увозят лошадей обратно в Ольстер. Съездил к Шеймусу — тот выкарабкивался медленно. Врачи говорили, если реабилитация пройдет успешно, он снова сможет ходить. Пока он не мог.

Майкл не знал, как закончить все это, как перестать маяться и блуждать.