Газлайтер. Том 3

Мы его схватили и обезоружили.

— Вот как? — удивляется Морозов. — Интересно, кто ж такой смелый?

— Как раз сейчас допрашивают. Как только выяснят, придет сообщ… — мобильник вибрирует, и гвардеец смотрит на подсвеченный дисплей. — Человек Паскевичей, княже.

— Совсем эти псы страх потеряли! — вскидывается Юрий и крепко бахает кулаком по столу. — Сейчас я им устрою кузькину мать! Данила, обожди, пожалуйста, тут чрезвычайная ситуация, — я молча киваю, ведь даже прекрасно знаю какая.

Вчера ко мне в номер гостиницы ворвался головорез бывшего парня Маши. С глушаком на пистолете. Хотел по-тихому грохнуть «зарвавшегося простолюдина». Он был без щитов, и я отправил его восвояси. Паскевич явно не понял с кем связался.

По моему приказу головорез просидел всю ночь на скамейке в парке. А днем я специально мимо проходил, и он сел мне на хвост. Вел я его прямиком на встречу к князю. Что ж, княжеская охрана не подвела. У Морозова бдительные соколы. Не пропустили подозрительного типа со Стечкиным наготове. Думаю, у них есть бывалые бойцы, которые сразу подмечают скрытое оружие. Тут необязательно быть неким сенсориком-анатомиком. Достаточно просто поработать пяток лет во внутренней агентуре. Сам я таким талантом обделен, если только ствол явно не выпирает в кармане, но похожих людей знал в свое время.

Сам головорез, понятно, даже не предполагал, что я иду общаться со столь важной персоной как князь, вот и попался тепленьким.

Морозов же достает мобильник из внутреннего кармана пиджака и, порывшись в телефонной книге, делает звонок."

"— Алло, Паскевич, вы совсем там оборзели⁈ А, скотина⁈ Ты что удумал⁈ Чего фамильничаю и ругаюсь⁈ А как мне тебя по имени называть после того, как шлешь мне своих крыс с пушками⁈ В качестве доказательства тебе сейчас его пять пальцев приедет, — кивает гвардейцу, и тот убегает исполнять поручение. Офигеть. Ну прямо японские якудзы, а не русские бояре. — Чего замолк⁈ Войны хочешь⁈ Я тебе устрою такую войну! Всех против тебя подниму!

Слышу, как в трубке встревоженно бубнят: «Не горячись, Юр», «Разберемся, не со зла это», «Наказание получит шутник, как найду его».

Морозов еще что-то требует, Паскевич-старший еще извиняется, обещает компенсацию — какие-то «Сосны». То ли ресторан, то ли мебельная фабрика. Как понимаю, подобного добра у высших дворян полно, они по любому поводу эти мелкие предприятия отдают, меняют, дарят. Хотя здесь случай особенный, и вряд ли князю предлагают какую-то дешевку. Потом рыкнув на прощание, довольный князь кладет трубку.

— Ну шельмы! Вздумали посылать пистолетчика. И куда? В мой ресторан! Совсем оборзели! — качает головой Юрий. Думаю, он догадался, что головореза отправил за мной сопляк Паскевича.