Газлайтер. Том 16 (СИ)

Но нет, получилось, как всегда. Бывает.

Вдруг в голове звучит мягкий, тёплый голос Лакомки по мыслеречи:

«Как дела, мелиндо?»

Наигранно-небрежно отвечаю:

«Да так, вскрывал шпионскую сеть вражеского государства, улаживал дела с Охранкой».

Она тихонько смеётся в ответ:

«Какой ты у меня занятой, мелиндо…»

Ещё в машине раздаётся звонок с необычного номера —сам жрец Юпитерский соизволил набрать. Я слегка удивлён и не горю желанием болтать с макаронным церковником, но всё же решаю ответить.

— Здравствуйте, граф Данила Степанович, — начинает он сдержанным, почти официальным тоном. Его голос лишён эмоций, но в нём явно читается настойчивость. — Я в курсе, что у вас запланирована встреча с префектом Луцием. Не могли бы вы сообщить мне о своём решении после её завершения?

Интересно-то как! Луций ведь входит в партию Юпитерского, а не Цезаря. Неужели префект решил сыграть в собственную игру, женившись на моей сестре? Хм, хм. Но если так, то Юпитерский не зря волнуется.

— А зачем вам это, Ваше Преосвященство? — спрашиваю я удивленно, как и положено в такой ситуации. — Да и разве сам уважаемый префект не поделится с вами любыми сведениями, стоит вам только спросить?

Юпитерский вздыхает:

— Возможная женитьба префекта на вашей сестре очень важна для политической арены Рима. Это моя просьба. Что касается разговора с Луцием, то он, конечно, состоится, но решение в этой ситуации стоит за вами и я бы хотел знать его из первых уст.

Я мысленно хмыкаю, обдумывая его слова. Женитьба на Кате действительно может изменить расстановку сил, укрепить альянсы или, наоборот, спровоцировать конфликты. Но что он мне лечит про «первые уста»? Да неужели тебя кинул твой префект?

— Хорошо, Ваше Преосвященство, — наконец отвечаю. — Я подумаю над вашей просьбой.

— Всего лишь подумаете? — удивляется он, и я не могу сдержать усмешку. Ну оборзел совсем. Тебе еще и мало? А не пойти ли тебе в задний проход чихуястребу?

— Именно, Ваше Преосвященство. Всего лишь подумаю, — отвечаю с лёгким сарказмом.

Пауза на другой стороне линии тянется, а затем слышу тихий вздох Юпитерского.

— Хорошо, Данила Степанович. Буду надеяться на вашу осознанность.

С этими словами я просто отключаюсь. Охреневший храмовник! Неудивительно, что даже его собратья, макаронники, шлют его куда подальше. Префект Луций тому пример.

Дома кипит уже вовсю подготовка к приёму Морозова и префекта. Жены и Катя переоделись, яркие платья сверкают на свету, а я успел перекусить в столовой, чтобы не чувствовать голода во время встречи.

Наконец, в дверь звонит, и к нам прибывают Луций Марк Авит — сорокалетний префект, с ухоженной наружностью и уверенной осанкой, а также князь Морозов.