Газлайтер. Том 16 (СИ)

— Умные слова от умной женщины, — киваю с серьёзным видом, чем вызываю ещё одну сияющую улыбку у богатырши. Ох, какой же я льстец. Так задобрю, так задобрю, что ради меня горы сворачивать будут, хе.

* * *На пикнике в лесу царит оживление. Слуги сноровисто расставляют стол, раскладывают стулья и аккуратно выкладывают на скатерть свежие блюда. Аромат запечённого мяса и душистого хлеба тут же наполняет воздух, создавая уютную атмосферу.

Жёны, устроившись на удобных креслах, болтают и смеются, время от времени обмениваясь шутками. Катя с интересом наблюдает за всеми, расслабленно потягивая свежевыжатый сок. Шархан, вытянувшись вдоль травы, лениво зевает, явно наслаждаясь солнечным днём и теплом, а Акела со стаей расположились чуть поодаль. Внимательные глаза волкомедведей следят за каждым движением вокруг, готовые в любой момент сорваться с места, если потребуется.

Я решаю ненадолго отлучиться вместе с Катей, чтобы прогуляться в сторону старой усадьбы. Там, в тени деревьев, можно подпитаться от Астральных карманов, которые всегда заряжают меня энергией. Мы проходим через заросшую тропу, пока я не замечаю нечто странное.

— Катя, — я поднимаюсь со стула, — Раз мы здесь, давай-ка прогуляемся до старой усадьбы.

— Ты хочешь, чтобы я добавила еще одного легионера? — оживленно спрашивает сестра, отрываясь от своей кружки сока и вставая рядом.

— Нет, пока рано. Сначала освойся с Петушком. Но и просто подпитка от Астральных карманов пойдет тебе на пользу.

Мы направляемся по заросшей тропе, уводящей от уютного пикника к тёмной тени вековых деревьев, укрывающих старую усадьбу.

— Место очень тихое, — замечает Катя, оглядываясь по сторонам. В её голосе слышится нечто между тревогой и восхищением. — Знаешь, брат, в детстве дедушка Фирсов всегда говорил держаться подальше от усадьбы Филиновых, особенно из-за этих карманов. Я тогда думала, что он просто переживает за мою безопасность. А выходит, он знал, что в этом месте я могу раскрыть истинное происхождение своей крови.

— Верно, — киваю я. — Старик Фирсов перестраховывался, и не зря. Тогда Филиновы были под забвением. Даже говорить о них было нельзя.

Катя на мгновение замирает, словно пропуская мои слова через себя, затем её лицо озаряет лёгкая улыбка.

— Хорошо, что всё изменилось, — говорит она с гордостью, — а мой брат теперь — герой Ханьской войны.

Я только хмыкаю, пожимая плечами.

— Герой, говоришь? Да просто удачливый телепат, который оказался в нужное время в нужном месте.

Мы продвигаемся дальше, и я уже начинаю ощущать характерную тянущую силу Карманов, когда вдруг улавливаю странные ментальные следы.