Газлайтер. Том 13

Вообще при наличии Целителей шрамы будет носить только один сорт людей, конечно, если откинуть в сторону бедняков. И этот сорт — наемники. Главное, для них имидж. Шрамы презентуют их как бесстрашных людей, сотни раз побывавших в смертельных передрягах ради выполнения заказов. А такая реклама способствует большему спросу на их услуги.

— Крошка Гереса! — окликает один наемник, у которых больше всего шрамов.

— Бросай болтать с этим салагой и иди помассируй мне спину. Что-то у меня кости затекли после катания на этой железной повозке.

В глазах Гересы вспыхивают предвкушающие огоньки, дескать, веселуха уже началась.

— Паленый, у тебя спина переломится от одного моего выдоха. И не разговаривай со мной. Я общаюсь только с настоящими мужчинами, — отвечает богатырша. — Сейчас я стою рядом с таким.

Демонстративно Гереса поворачивается лицом ко мне. Дасар отходит в сторонку и делает вид: «я не при чем. Кого просили — тех и привез».

— Этот отрок-то настоящий мужчина⁈ — Паленый с интересом подходит к нам. — Неужели ты тот самый Филинов?

— Вещий-Филинов, попрошу, — в тысячный раз, наверно, кого-то поправляю. — Еще можно просто Филин, это мой позывной. Но не Филинов. И первое правило поведения в Турьем Роге — не горланить на весь двор. Если есть что сказать — подойди и скажи."

"— Знаешь, парень, я таких, как ты, менталистов сотни две сжег, — усмехается Паленый, блеснув алмазным зубом. Хм, а зуб-то чего не отрастил новый? Тоже типа шрама что ли? — Не тебе меня учить манерам.

— Сжег, значит… Посмотри вверх и на восток, сжигатель, — спокойно отвечаю.

Паленый, фыркнув, поднимает быстрый взгляд в небо и застывает.

— Да твою ж за лапу! — выдыхает он.

Остальные наемники тоже замерли. Да и Дед Дасар с Гересой прифигели. Просто в этот миг как раз с прогулки вернулся Золотой. Устроившись на верхушке своей башни, он деловито складывает крылья.

— Филин, а ты зря времени не терял, — восхищенно цокает языком богатырша. — Это же багровый зверь.

— А шкура у него, правда, золотая? — глаза Деда Дасара алчно загорелись. — Если ее переплавить в монеты, это сколько же сундуков можно получить!

Кто о чем, а вор о барыше.

«Золотой, ну-ка дыхни», — я прошу крылатого, игнорируя реплики союзников.

«Зачем?» — лениво спрашивает он.

«Да просто. Хочу тебя показать».

И Золотой выдыхает огромный столп пламени. Полнеба становится багровым от ярких всполохов.

— Как видишь, мне служит самый сильный сжигатель, — я смотрю прямо в глаза Паленому.

— Ты всё еще думаешь, что сжигал таких, как я?

— Уделал, парень, — нехотя признает огневик. — С этой зверюгой даже мне не тягаться. — Даже мне? А у этого наемника высокое самомнение, хе. — Надеюсь, потом расскажешь, как ее приручил.

— Если сработаемся, — киваю.