Газлайтер. Том 8 (СИ)

Мы со стариком перемещаемся в мой кабинет, там пытаюсь разговорить бывшего узника, но не тут-то было — Гумалин сидит угрюмый, на разговор ни в какую не хочет идти. Можно, конечно, просканировать всю его подноготную, и я, конечно, это сделаю, но ведь мне нужно с ним по-человечески поговорить да понять, чего он хочет, куда дальше направится, не против ли у меня остаться в наемных работниках да на каких условиях, если не против.

— Ясно, — вздыхаю. — Выпить хочешь?

— Мёда хмельного, — сразу оживается Гумалин. — Кружечку бы.

Угу, рассказывай. Одной кружкой дело точно не ограничится, но да ладно.

— Мёда нет, но наше «Жигулевское» не хуже, — набираю Серегу и прошу его одолжить свой мини-бар. У меня-то в холодильнике из алкоголя только рогогорский кефир с простоквашей.

Вскоре гвардейцы притаскивают коробки с бутылками, при звяканье которых у казида сразу загораются глаза, ну и пошло-поехало. Сначала просто бухаем и разговариваем, а потом…потом… мне приходится несколько раз очищать кровь от градуса, чтобы не словить интоксикацию. Гумалин же держится бодрячком, ни один человек бы так не смог. Вот что значит гномья выдержка.

Ближе к утру я с зевком протираю глаза и вслушиваюсь в тихое мурлыканье Шерхана. Шафрановый тигр навис над уснувшим прямо на полу казидом. Вернее, он уснул на стуле, а потом просто свалился с него и, захрапев, уже не вставал."

"Понюхав старика, зверь брезгливо морщится и махнув хвостом, словно веером, важно удаляется. Покрутившись в кресле, я оглядываю стены, исчерченные кривыми рунами. Жалко обои, но, видимо, оно того стоило. Старик уверял, что его писанина сделала комнату звуконепроницаемой, а также никакие магические зонды не способны проникнуть сюда. Судя по тому, что мне показывает Дар сканера, так и есть. А обои можно наклеить новые.

Мда, погуляли мы знатно. Комната вся завалена оружием, посудой, зеркалами и прочим барахлом. Всё исписано кривыми, как крокодильи зубы, рунами.

Помню, что после пятой кружки Гумалину понадобился паяльник, а также зеркала с арбалетами. Арбалеты у нас на оружейном складе почему-то отсутствовали, зато хватало штурмовых карабинов. Гумалин сначала сомневался, подойдут ли, пришлось тащить казида в тир и показывать боевое применение. Убедил. После этого казид что-то чертил паяльником на стволах автоматах. Ну и стали наши автоматы стрелять… медовыми пулями, будь они не ладны! Пришлось наорать на казида за порчу боевого снаряжении. Тот всё понял и перечертил руны. И теперь гвардейские автоматы изрыгают кислоту и молнии. Уже неплохо. А с посудой и зеркалами я даже не помню, что он делал.

Наклонившись, беру с пола первое попавшееся зеркало. Чувствую, как мои брови приподнимаются. Мда, прикольно.