#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 18

Когда машина останавливается, водитель, тяжело дыша, пытается объяснить произошедшее:

— Это была… какая-то собака! Большая, с рогами!

Единственным доказательством его слов остаётся мокрое пятно на лобовом стекле.

Глава 11

«Аист» удивил… Да еще как! Но обо всем по порядку.

Мы с Лакомкой вернулись после ужина и, не теряя времени, направились прямиком в спальню. А что ещё делать после хорошего вечера? Ну и, конечно, не забыл я о гостях моего графства. По дороге я мысленно отдал гвардии приказ: боеготовность на максимум. Ледзору велел размяться — пробежать до кольцевой дороги на Пятый километр. Пусть проверит, ушли ли «ушки» или может удастся за ними проследить.

Ответ пришёл от Студня — его удивление сквозило даже через мыслеречь:

— Дроу в городе⁈

— Ага, — отозвался я, не сбавляя шага.

— А…

— Всё потом. Со всем ко мне — только утром. Если, конечно, не начнётся штурм Невского замка. Но об этом я и без вашей помощи узнаю.

Мы с Лакомкой пропустили по бокалу «Аиста». Хотя, честно говоря, коктейль следовало бы назвать «Кролик» — настолько дикие инстинкты он разбудил. Такого огня я не чувствовал, пожалуй, с самого первого свидания с этой красавицей-альвой. А может, даже раньше — когда вообще понятия не имел, что такое иметь под боком такую диву.

Сказать, что ночь выдалась жаркой — значит ничего не сказать. Это был настоящий ураган страсти и эмоций. Звёзды за окном, кажется, мигали куда чаще обычного, подглядывая за тем, что творилось в спальне. А утром, разумеется, нам обоим было что вспомнить.

Утром Лакомка буквально светится счастьем. Щебечет, ласкается, вся такая довольная жизнью, и уже вовсю делится планами на день. Сегодня — в детский магазин: пижамки, колготки, игрушки и всякое милое добро. Я слушаю её со снисходительной улыбкой, только изредка кивая и, честно говоря, почти не вникая в детали. Всё-таки Лена была права: детская тема с пелёнками, карапузами и прочей милой суетой явно пошла Лакомке на пользу.

Она вдохновилась, и это заметно во всём: в её голосе, в сиянии глаз, в лёгкости движений. И это, безусловно, к лучшему. Ведь когда всплывёт правда о том, что случилось с её родственниками-альвами, когда станет известно, как жестоко монахи над ними издевались, ей понадобится весь этот свет, чтобы не сломаться. Я не питаю иллюзий, что с остальными альвами всё хорошо. «Обитель Мучения» — говорящее название, согласитесь.

Я отправляюсь на кухню — день, как говорится, начинается с малого. Кофе бодрящий, ватрушки свежие, жизнь вроде бы налаживается. На мой зов приходят Студень и Ледзор. Контраст разительный: Студень хмур, словно его только что разбудили среди ночи, а Одиннадцатипалый, напротив, сияет довольством. Похоже, у него утро выдалось явно бодрее.