Газлайтер. Том 1

 — Щекотно?"

"Бородатое лицо корчится в муках, он сжимает челюсти, сипит и терпит, но не выдает ни единого звука. Ведь ему приказано. Я внимательно смотрю бандиту в страдающие глаза. Еще раз прочитываю мысли, запоминаю лица Биты и Черепа.

— Егери, значит, — вздыхаю. — Захотели прибрать к рукам малолетнего телепата. Ну ладно, посмотрим, что они предложат, — я встаю с кровати. — Ну что, Васюн, прощаться будем?

Чтобы потом не мучаться муками совести, еще раз заглядываю в ворох воспоминаний бандита. Наблюдаю, как он грабил, убивал, насиловал. Мда, прошлое у Васюна бурное и мерзкое. Такого типчика совсем не жалко в расход. Даже, наоборот, чувствуешь, что помогаешь обществу вывести болезнетворную бактерию.

Решено. Красная кнопка нажата.

Бандит смотрит жалобными глазами, а потом подслеповато щурится и водит головой.

— Заметил, как зрение стало хуже? — холодно спрашиваю. — Тебе кажется, что ты в темноте. Один, совсем один. Это только цветочки.

Резко он сжимается от выстрелившей в мозг боли. Плотно сжатые зубы хрустят, ломаясь.

— Сейчас я стираю твои воспоминания одно за другим. Процесс запущен. Дальше твое ментальное пространство очистится, память сотрется, ты не сможешь нормально соображать.

Телепатический взрыв. Так называется этот прием. По сути просто очень мощный пси-разряд. Он опустошает половину моих сил, а Васюна превращает в безмозглую куклу.

— До скорого.

Встаю и ухожу. Мимо попадается группка медсестричек, но никто меня не видит. Телепатический плащ защищает от чужого внимания. Я же пользуюсь случаем и заглядываюсь в декольте халатика одной фигуристой сестрички. Всего на секунду. Оу. Четверочка. Так и бы и нырнул туда с головой, как Васюн с моста. Эх, мои способности — мое проклятье.

Интересно, а есть ли телепаты — извращенцы? Так подумать, какой простор открывается для воплощения их грязных фантазий? Накинул телепатический плащ и потопал посматривать в женскую раздевалку сборной по гимнастике… Нет, мелко мыслю. Извращенные властью газлайтеры не пойдут в раздевалку, они заставят понравившихся женщин раздеваться перед собою и будут брать их прямо на улице на глазах зомбированной толпы.

Я еще раз бросаю взгляд на аппетитную медсестричку. Выпуклости девушки буквально вырываются из халата. Меня аж волнение берет за горло от чувства вседозволенности. Мда. Власть опьяняет. Я ведь, и правда, могу с ней сделать буквально всё. Затащить в пустую палату и выпустить пар, и никто мне слова не скажет, никто даже не услышит ее визгов и стонов, а она сама получит неземное удовольствие — я могу внушить ей, что всё происходит по взаимному согласию. Я могу стать для нее лучшим из мужчин, бывших и будущих… Только мои моральные принципы сдерживают меня. Такой подход слишком жалок для меня.