Газлайтер. Том 1

Пси-клинок я всё так же не освоил, там узлы завязаны на астрал, очень сложно всё, но мне получилось сделать что-то типа психического ружья. То есть не просто метаю ментальные заряды, а предварительно создаю пусковую установку для залпов. Эта установка формируется фокусировкой ментальной энергии. Вряд ли пробьет качественные щиты, но хотя бы притормозит противника.

— Атакуем. Одновременно, — даю команду. Ждать больше нет смысла.

Сам я выпускаю залп из «ружья». Это меня полностью занимает на пару секунд, всё же пока не хватает практики одновременно телепатировать и контролировать обстановку. А тем временем воздух наполняют крики и шум битвы.

Нырнувшая за угол Света разразилась огненным серпом. С другой стороны Гриша метнул молнию. Обе атаки Степан без труда нивелировал огненными вихрями. А потом бросился в рукопашку. Моей атаки он словно не почувствовал.

Ему хватает нескольких мгновений, чтобы раскидать молодняк. Я в ближний бой не суюсь, моя сила — в удаленном газлайтинге. Этим и занимаюсь. Обстреливаю Степана из «ружья». Град зарядов его прилично замедляет. Ого, не ожидал. Наверняка, царский охотник испытывает нешуточную боль. Сознание он вряд ли потеряет. Могу проверить состояние щитов, но это отнимет время. Уж лучше запущу еще пятерку зарядов. С начинкой из сильной зубной боли. Сложное удаление резца. Такие вот у меня «пули». Один не проймет, два тоже, а вот десяток уже сложнее выдержать даже матерому бойцу.

Мысленным зрением наблюдаю за целью. Шатаясь, охотник пытается добраться до меня.

— Даня-я-я-я! — ревет Степан из-за угла. — Я будто снова у дантиста! Ненавижу дантистов!

— Потерпите немного! Потом получите леденец! — злю охотника еще больше.

А он уже показался из-за сруба. Вскочившая с земли Света пытается ударить Степана в спину, но он небрежно отбрасывает блондинку, и она катится как мячик.

Залпы, между прочим, не останавливаю. Не выдержав, Степан хватается за голову.

— Прекрати-и-и! — не приказ, а рев раненого медведя.

Я не ведусь. В поддавки мы не играем, сам же сказал. Пускай хоть плачет, хоть маму зовет…

Степан, едва не падая, несется на меня:

— Гребаный дантист! Как подло!

— Я был создан, чтобы создавать красивые улыбки! — не теряюсь, приняв боевую стойку.

Но это была заранее проигрышная позиция. Едва царский охотник пробился ко мне, у нас пропали все шансы на победу. Оставалось лишь достойно потерпеть поражение. Достойно — значит, сражаясь.

Даже не успеваю заметить движения Степана. Просто в один миг мне прилетает в дыхалку и бок, и вот я уже лежу на земле. Но что самое интересное — рядом на коленях стоит Степан. Маска скинута. Царский охотник надсадно стонет, засунув пальцы в рот.