Газлайтер. Том 8 (СИ)

Ему предстоит заново научиться всему: писать, читать, владеть своим Даром, и кто знает, может, из нового Уткина в этот раз получится не заказной дуэлянт, а настоящий герой, справедливый и честный. Я мельком просмотрел его детские воспоминания: бедный выродившийся род, избиение отца, голодное детство. Быт формирует сознание. Вот отчасти почему из Уткина получился моральный урод, бретер без стыда и чести. Это его не оправдывает, конечно, — как будто у меня детство было ламповое, — но интересно, что получится со второй попытки.

Поручив Уткина гвардейцам, вызываю лифт и поднимаюсь в сад. Там у экспозиции кактусов топчется в одиночестве волнующаяся Светка.

— Даня, что случилось?! — восклицает блондинка. — Кто на меня охотится?!

— Я, Свет. Я охочусь на тебя, — невинно улыбаюсь, от чего Соколова непонимающе хлопает ресницами. Указываю в сторону цветочных экспозиций в дальней стороне сада. — Дело в том, что на этой неделе раскрылся Аргироксифиум, прозванный «цветком терпения». Он цветет только раз в семь лет, и я подумал, чтобы было бы неплохо показать его тебе. Как считаешь?

— Даня, это так мило и романтично! — тут же улыбается Света, перестав зависать. — Конечно, я только рада!

— Тогда прошу, сударыня, — подставляю локоть, блондинка берется, и мы весело шагаем в сторону нужной экспозиции. Надо же, как вовремя я вспомнил про цветок. На днях про него Лакомка мне все уши прожужжала, лежа в постели после марафонных скачек. Вот и пришлось к языку.

На ловца и зверь бежит

— Ваше Сиятельство, отдел разведки нашел Уткина, — на пороге библиотеки Горланова появляется личный помощник. Граф по привычке уселся вечерком почитать любимую книжку. Но, видимо, не судьба погрузиться в масштабную войну своего любимого героя демоника с коварными демонами. Опять отвлекают, да еще по такому пустяку.

— Ну и нашли и нашли, — равнодушно отвечает граф. — Мне-то зачем докладывать? Просто устройте ему нескучную жизнь. Больше никто не должен давать заказы этому горе-дуэлянту. Пускай сдыхает с голода. Я не хочу, чтобы у него был повод взять в руки свой дуэльный клинок.

— Да, Ваше Сиятельство, — слуга медлит, подбирая слова. — Но, боюсь, господин Уткин и так больше никогда не возьмет в руки клинок. Сейчас он находится в реабилитационном психдиспансере в Перми. Уткин ходит под себя и носит подгузники. Он больше недееспособен.

Горланов с удивлением смотрит на помощника.

— Щенок оказался очень злопамятным, — фыркает граф. — Нет, чтобы просто убить, решил изощренно наказать, — Горланов даже не подумал, что, возможно, Вещий просто дал Уткину второй шанс, а не подверг коварной мести. — Что-то не так с этим пацаном? — задумчиво роняет граф.