Газлайтер. Том 12 (СИ)

Изоляция дракону под хвост. В чем смысл?

— Ну а, по-моему, получилось довольно интересно, — замечает Лиандриль, сверкая детскими ямочками на пухлых щеках. — Я бы хотел посмотреть, как тавры разовьются под началом сильного мага из другого мира.

— Сильного ли? — приподнимает лохматые брови Норомос.

— Есть подозрение, что новый конунг убил Странника, — роняет Масаса, и все молчат, переваривая услышанное. — Мы выгнали Странника из Организации за исследования только ради исследований, невзирая на жертвы, но каждый из нас всегда признавал его силу.

— Кроме меня, — насмешливо усмехается Ратвер. — Мне этот чудик в балахоне никогда не казался кем-то стоящим.

— Что касательно изолированного материка, — продолжает Лиандриль, — то странно говорить об изоляции, когда орнитанты со своим Драконом уже давно вторгаются в немагический мир.

— Все эти тавры и орнитанты — мусор и падаль, — заявляет Ратвер. — Плевать мне на них. Ликантропы — самые совершенные, самые сильные. Они обложили данью тех же орнитантов, да и скоро раздавят тупоголовых таврантропов. О других расах даже нечего переживать. Ничтожества есть ничтожества. Нужно их пустить в расход и забыть, а не позволять иномирянину править этим сбродом.

— Мы не такие, как Странник, и не убиваем целые расы, — резко возражает Масаса, и глаза её вспыхивают молниями, освещая черное лицо. — У каждого должен быть шанс на выживание. И наша задача — наблюдать за экспериментом, а не выбирать себе любимчиков. Возможно, тавры ещё потеснят твоих любимых ликанов, Ратвер.

Ратвер хмыкает с выражением: «ага, как же, жди».

— Значит, продолжаем наблюдать, — гулко произносит Норомос. — Но я бы выставил новому конунгу условие. Пускай он вернет дружину тавров на родину, иначе не будет никакой ему власти.

— Согласен, — кивает Лиандриль. — Тавры нужны на материке для продолжения эксперимента.

— Тогда так и решим, — соглашается Масаса. — Лиан, доведи эту информацию до конунга, пожалуйста.

— Я пойду с тобой, — фыркает Ратвер. — Хочу лично взглянуть на убийцу Странника, — в ответ на подозрительный взгляд чернокожей женщины он с усмешкой добавляет: — Не волнуйся, Масаса, я не трону этого паренька. Мне просто любопытно.

— Ты обещал, — веско замечает Масаса. — Не смей его калечить и убивать.

В ответ Ратвер молча оскаливается.

На утро мне пришли письменные извинения от трёх родов. Сначала я даже не понял, в чем дело. Сижу с конвертами в руках, вчитываюсь в витиеватые фразы и ничего не могу понять. Судя по красочным воспоминаниям в моей голове, вчера мы с Гришкой хорошо гульнули. Да так хорошо, что до сих пор по новостям показывают кадры полицейской погони. Вертолеты, машины с мигалками… Будто боевик какой-то. Дорожный штраф, кстати, мне уже выписали.