Гаур

Наши сердца спорили друг с другом как и характеры, бились так мощно о рёбра, пытаясь пробить брешь и соприкоснуться, чтобы в столкновении расколоть напрочь предрассудки и недопонимания между нами. Неправильно всё! Несправедливо! Судьба посмеялась надо мной в очередной раз.

— Собралась к Майклу? — прорычал над ухом, вжимаясь в меня каменным телом.

Жаркие ладони мужчины лишь крепче соединили наши тела в точках соприкосновения. Грудь к груди. Живот к животу. Бёдра к бёдрам… Мягкие губы Гаура коснулись моей шеи за ухом, потерлись о покрытую мурашками кожу, словно током ужалили. Я сделала рваный вдох, а он прикусил мочку уха, вызвав во мне бурю страсти и полушёпотом на португальском будто бархатом окутал. Его голос пробрался под кожу, коснулся каждого нервного отростка и скользнул тенью в самую глубину души. — Если хочешь увидеть отреставрированную морду Майкла, можешь и дальше продолжать меня злить с его помощью. Теперь я точно уверен — ты сейчас меня прекрасно поняла, маленькая кошечка.

Задыхаясь в окутавшей меня энергии Артёма, попыталась отстраниться, упираясь ладошками в его литую грудь. Он лишь хрипло хохотнул и обвёл ушную раковину горячим языком, оставляя на мне свой влажный след. Если бы не мой гнев, который превращал сейчас его слюну в жгучую кислоту, я бы наверное сама поцеловала эти полные губы, отчаянно впилась в них, с жадностью наслаждаясь каждой минутой близости и нахлынувшим вожделением.

— Пусти. Мне нужно в туалет, — осипшим голосом проговорила сама не своя.

— Лия пойдёт с тобой! — усмиряя тяжёлое дыхание, настоял на своём желании."

"— Мне не нужна нянька, — сквозь стиснутые зубы прорычала я, протягивая ненавистное имя его любовницы в голове. В дружбу между мужчиной и женщиной я не верю. «Л-и-и-и-я», — поскребло по струнам моей души, вызвав оскомину.

* * *— Тогда пообещай мне, что не успеешь провернуть очередную глупость за пару минут, — не размыкая надежные объятия, потребовал с меня гарантии. Неужели волнуется за этот чертов ресторан и его посетителей? Боится, что распугаю остальных гостей очередным театральным представлением?

— Э-м-м… Дай-ка подумаю, — состроила задумчивую физиономию, потирая пальцами подбородок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сначала Марго, теперь Ли-и-я. Он будто намеренно издевается надо мной. Наслаждается моментами моего раздражения, вместо того, чтобы самому признать, что овладевшие им непонятные и пугающие чувства, бурлящие в нём как вулкан, являются ничем иным, как зарождающейся симпатией к женщине.