Гастролер

Может быть, стоять тут и караулить придется еще не один вечер…

Сегодня он заступал на свою вахту в третий раз. И в этот вечер он наконец дождался.

Ровно в двадцать один ноль-ноль тяжелая застекленная дверь распахнулась и из подъезда пружинистым шагом вышел рослый мужчина, одетый в мундир генерала милиции. Медведь стал крутить колесико, наводя резкость.

Он узнал его. Лицо, хоть и немного раздобревшее, по-прежнему имело сходство с заостренной крысиной мордой. Золотопогонный милиционер, выйдя на крыльцо, торопливо мотнул головой вправо, влево… До генерал-лейтенанта дослужился, курва, усмехнулся про себя Медведь, а повадки как были, так и остались повадками дешевого жигана, — ишь как вертит башкой, точно по старой привычке боится мусорной слежки. Он навел бинокль на лицо. Глаза узнал сразу — хитрые, тревожные, бегающие. Волосы светлые, зачесанные назад. Вон и родинка под носом — что капля вишневого варенья. Тот самый… Женька Калистратов, Женька Копейка… Попался!

Теперь осталось дело за малым. Генерал Калистратов сел в тут же подкатившую к нему служебную «Волгу», а Медведь, сунув бинокль в портфель, вышел на Огарева и подал знак водителю, ожидавшему в припаркованной неподалеку кремовой «Волге». Толян газанул вперед, на ходу распахнув правую дверцу, Медведь запрыгнул на сиденье рядом с ним, и «Волга», развернувшись, рванула следом за машиной Калистратова.

— Держись на расстоянии, — сквозь зубы процедил Медведь, — не хватало, чтобы он заметил хвост.

Две «Волги» неслись по улице Горького. Скоро слева промелькнул Белорусский вокзал, потом справа показался Петровский парк.

— Видно, на Соколе живет, — высказал предположение Толян. — Ментовские там целый дом занимают на Песчаной.

Медведь не отвечал, а только следил не отрываясь за черным пятном впереди. Эмвэдэшная машина свернула направо перед самым метро и остановилась у каменного восьмиэтажного дома. Калистратов вышел из машины и нырнул в подъезд.

— Все, Толян, свободен. — Медведь стал вылезать из салона. — Стой на Ленинградском, где условились, и жди. Сколько ждать — не знаю. Но гляди не засни.

— Может, с вами пойти, а, Георгий Иванович? — предложил услужливо Толян. Этот двадцатипятилетний пацан относился к авторитетному вору с сыновним почтением.

— Нет, Толик, я сам справлюсь… Этот мой. Я его делить ни с кем не хочу…

В подъезде оказалась будка со старухой сторожихой, и Медведю невольно вспомнилась молодость — набеги на правительственный дом на набережной. Он продемонстрировал тетке загодя заготовленное картонное приглашение для генерала Калистратова на торжественное заседание в актовом зале МГУ. И старуха, ничего не заподозрив, простодушно назвала этому вполне солидному гражданину нужную квартиру.