Гарпия. Одержимая местью (СИ)

Конечно, все поэты прошли через грусть, одиночество, любовь и счастье. До меня тоже любили. Любить — это не значит открыть новую вселенную; писать стихи — не значит быть гением. Какой я поэт?! Ну, писала рифмованную прозу с неимоверными образами, нарисованными простыми словами. Ничего уникального в моих стихах не было и нет. Ритм и рифмы… а сколько таких стихов на всей планете? Сколько поэтов зарегистрировано на литературных сайтах? И все они поэты?

Я не могла не заступиться. Стихи Лилии лично мне очень нравились, хотя и были странными. Они как многослойные картины: разглядел и понял один слой, а там уже второй, третий.

— Лилия, ты выделяешься на фоне других, — сказала я, но не потому, что Лилия стала мне подругой. Я говорила искренне. — Твоя фантазия вполне логична. Твои стихи как картины! Не для быстрого чтения — нужно вдумываться, и полноценные художественные образы предстанут перед глазами как явь! Твои стихи не пустые, и это самое главное.

— Как бы то ни было, со стихами покончено! — Лилия отчеканила последнее слово по слогам и повторила: — по-кон-че-но! Я начну писать рассказы, повести, замахнусь на роман минимум в восемь авторских листов! — она рассмеялась, краснея, и прикрывала ладонями не закрывающийся рот.

— Так-то лучше! А потом может и на стихи снова потянет…

Какое-то время мы еще продолжали говорить о современной литературе, о верлибрах, фантастике (эльфах и гномах), женских романах и о пустой трате времени писателей на поэзию и прозу. А если серьезно, не пустая ли это трата времени сидеть перед монитором и клацать по клавиатуре, перевоплощаясь в героев своих произведений? Не лучше ли провести время с пользой для здоровья и сходить с фотоаппаратом в лес, собраться с друзьями и порыбачить, или прилечь на диван с интересной книгой неизвестного классика (их же тысячи!)? И всё-таки писателями становятся те, кому чего-то в жизни не хватает. (Через год после описанных мною событий вышла в свет первая книга Лилии Оливер. Это был сборник прозы и лучшей поэзии Лилии, еще не знающей плотских утех. Не альманах, объединяющий под обложкой разношерстных авторов, а книга в твердом переплете с золотым тиснением, где от первой до последней странички все тексты только Лилии — номинанта на звание «Писатель года».)

Gens de même farine.

Два сапога пара.

До отъезда оставалось пять дней, а неясность, кто же «гарпия» так и оставалась неясностью. Капитан Каратов вновь приезжал с допросами. Смерть Дифирамбова Элфи не несчастный случай, — заявил он.

Не отчитываясь в своих действиях, капитан предъявил мне разрешение на обыск. Что он хотел найти, не знаю. Никакими деталями дела Каратов не поделился, разве что сказал о карте Таро, найденной в кармане Элфи.