Гарем вне закона

Правда, я так и не понял, что там за трафалаксис такой… и зачем ты меня поцеловала…

Интерфейс, словно прочитав мои мысли, тут же выдал мне аналитическую справку:

Вот оно, что, Михалыч… Поцеловала, накормила, спасла от яда… и всё в одном флаконе. Удобненько. Жаль, так и осталось неясным – между нами произошёл только поцелуйчик или… что-то большее? Что являлось реальностью, а что мне привиделось из-за яда?

Сахаринка ведёт себя непринуждённо, словно ничего и не… но так ли это на самом деле? Я более чем уверен, что трафалаксисом дело не ограничилось. А дева просто притворяется.

– На самом деле трафалаксис – это большая честь для чужеземца, – пояснила Сахаринка. – Обмен едой – только для членов Семьи. Очень немногие пришельцы удостаиваются подобного. Для этого нужно совершить что-то очень выдающееся. Например, спасти жизнь члену Семьи. Что ты, собственно, и сделал сегодня…

– Весьма польщён… – отойдя за дерево, я быстро переоделся и сразу вернулся назад. – Как я понял, рейнджеры-фуражиры у вас – что-то вроде наших пограничников.

– Границы вольного Мирмеграда открыты для всех тех, в чьих сердцах нет злого умысла, – ответила девушка. Закончив возиться с доспехами, она одну за другой сложила фрагменты брони возле костра. – Хотя тех же параситик мы очень не любим. Но и они не давали повода для иного к себе отношения.

Поднявшись, Сахаринка приблизилась ко мне, глядя очень серьёзными глазами. Я приподнял брови, не вполне понимая, чего она хочет. Ещё какой-нибудь «-лаксис»? А потом начнёт мне втирать, что это, дескать, не то, что я подумал…

Усики-антенны Сахаринки начали деловито, самыми кончиками ощупывать моё лицо! Их прикосновения были очень лёгкими поверхностными, словно дуновение ветерка. Я от неожиданности на пару секунд растерялся, но затем отступил на пару шагов, разрывая дистанцию между нами.

– Кто ты такой, чужестранец? – спросила воительница, чуть склонив голову набок. Почему она избегает называть меня по имени? – От тебя очень непривычно пахнет, ты носишь странную одежду… Ты точно из очень далёких краёв… И судя по твоим рукам, ты явно не крестьянин и не чернорабочий…

Сахаринка наклонилась и взяла двумя пальцами край моих изорванных джинсов, лежавших на земле, чуть оттянула.

– Какой необычный материал… похож на парусину… Думаю, ты сможешь продать его за не самые плохие деньги.

– Эй, – я вновь чуть отодвинулся. – Хватит меня ощупывать. Да, я прибыл из очень дальних краёв, привлечённый слухами о вашем чудесном Мирмеграде. Но мои слуги бросили меня и… и в общем я теперь совсем один.

Не знаю, к чему я приплёл мифических слуг. За аристократа хочу себя выдать? В этом есть смысл, современный человек точно поприличнее средневекового крестьянина будет выглядеть. Да и относится будут уважительнее.