Гарем вне закона

– Почему ты решила сделать своим фаворитом именно меня?

– Ты совсем не такой, как остальные! Мы сразу это почувствовали! – горячо произнесла она и выдохнула, обдав тёплым воздухом ствол моего члена от основания до головки. – Ни один трутень с тобой не сравнится! Они даже пяти минут не выдерживают… А ты… целых десять… в одном быстром ритме… Какой перфоманс! Какой восторг!

Десять… хех… да я и без проблем подольше продержусь. Тем не менее кое-что в её словах меня насторожило.

– Подожди… трутень? – я не поверил своим ушам. – Может быть я что-то неправильно понял, но… Ты что, своих сыновей трахаешь?

Бля, я идиот… Вот он, королевский характер. Меняется мимолётно. Совсем не то, что у Сахаринки, Сони и Сияны. Реагирует даже на случайные фразы.

– Пф-ф-ф-ф… Глупый господин… – королева фыркнула и легонько куснула меня за ногу. – Мы обмениваемся трутнями с королевой другого города. В рамках добрососедских отношений. Жаль только, трутни не живут долго и после каждого акта быстро умирают… Да и качество их биоматериала в последние годы оставляет желать лучшего. С каждым годом мирмеции рождаются всё более слабыми… Очень много больных и неспособных работать… Бедные доченьки… Не пойму, в чём дело…

«Обмениваются мужиками, как сексуальными игрушками… У-у-у, матриархат! Но я тоже конечно, хорош. Ляпнул, не подумав».

– Суровая у вас жизнь, у Мирмеций… – сказал я вслух и вздохнул. – Особенно мужикам вашего вида не позавидуешь…

– Хи-хи… Да сдались тебе эти трутни! – Королева махнула рукой. – Просто запомни, что Мы никогда не берём родственный материал, это приведёт к вырождению Нашего рода… Давай поговорим о тебе!

Что-то у меня были определённые сомнения в её словах… уж не знаю почему. Ладно, не пойман – не вор. Всё же Эгина не похожа на любителей инцеста.

– Есть ещё одна причина, почему выбрали тебя. Ты так напоминаешь Нам Его… м-м-м… – произнесла королева, неторопливо покрывая воздушными поцелуями мой член и яички. – И лицом… м-м-м… и поведением… м-м-м… и даже манерой разговора… м-м-м…

– Он был… не такой как все остальные жители старой уничтоженной колонии… Он… не умер после первого акта любви! – прошептала Эгина, словно в забытье лаская мой член. Обхватила ствол губками с одной стороны и начала неторопливо двигаться вверх вниз, словно полируя. Член стремительно разбухал, становясь больше и больше.

– Ну, это, безусловно, серьёзное достижение… – дипломатично ответил я.

– И после второго… и после третьего… и четвёртого… и десятого… – перечислила Эгина, оторвавшись от меня. – Он мог заниматься любовью сколько угодно, хоть всю ночь напролёт! У нас, у мирмеций, мужчины считаются слабым полом, но к моему первому мужу это не относилось… У Нас язык не поворачивается назвать его трутнем.