Гарем вне закона

– Мне приказали сопроводить тебя до комнаты, помочь подготовиться и проследить, чтобы тебе никто не чинил препятствий, – мёртвым голосом произнесла Сахаринка. – Поэтому я здесь… Прости…

Мы сидели в одной из гостевых комнат королевского дворца – я, Сияна и Сахаринка. На лице зверодевочки застыло выражение глубокого шока, на лице муравьедевочки – виноватое выражение. А что именно застыло на моём лице, я даже описывать не берусь, ещё не придумало человечество таких эпитетов…

Сказать, что я охерел от заявочки Эгины – значит, ничего не сказать. Настолько внезапно и неожиданно королева выдала свою волю.

– Мама иногда так поступает… – произнесла Сахаринка, виновато глядя на меня. – Она отбирает себе любовников из числа приглянувшихся ей мужчин… особенное внимание уделяет чужестранцам… Это необходимо для Мирмеграда.

– Каким образом королевские интрижки необходимы для города? – кисло поинтересовался я.

– Мама делает это не для удовольствия… точнее, не только для него… – произнесла Сахаринка, чутка покраснев. – Она отбирает себе подходящих мужчин разных рас с сильными генами, чтобы использовать их биоматериал для… для оплодотворения яиц, из которых появятся новые мирмеции, более сильные и жизнеспособные.

– Что? – моё охреневание перешло в новую фазу. То есть я нужен Эгине не просто как партнёр на одну ночь, но ещё и как… гм… племенной производитель?

Сияна, услышав такое, одарила Сахаринку жгучим взглядом, топнула ножкой по полу и издала странный звук – то мявк, то ли тявк, то ли рявк, то ли ещё что-то подобное. В этот момент её звериные инстинкты взяли верх над человеческой половинкой. Рейнджер-фуражир действия зверодевочки проигнорировала, словно той вовсе не существовало. Всё внимание Сахаринки оставалось сосредоточенно на мне.

– У королев мирмеций в теле предусмотрен природный механизм долгосрочного сохранения мужского биоматериала, – произнесла Сахаринка. – Но сам понимаешь, за долгий срок в триста лет любое, даже самое сильное семя придёт в негодность, и королеве надо периодически обновлять запасы. Вот мама и отбирает себе фаворитов. Особенно её интересуют чужестранцы, ведь именно новый неопробованный биоматериал из дальних краёв может дать наилучший эффект. И стать основой для новых сильных дочерей.

Сахаринка говорила быстро, как студент на экзамене, использовала много сухих учёных терминов. Видимо, всё для того, чтобы скрыть сильное волнение и вину. Ведь именно из-за её доклада я оказался в подобной ситуации. Хотя злого умысла у мирмеции не было.

– Но я не хочу быть племенным производителем, – произнёс я кисло. – Я, конечно, не против детей… когда-нибудь в будущем, когда буду готов. И желаю сам их воспитывать. А не по чьему-то повелению.