Гарем на шагоходе. Том 3

Денег постоянно не хватало, так что в восемнадцать я решила отправиться служить, чтоб больше не быть обузой. Ну, а дальше ты знаешь.

На последней фразе она покосилась на меня, проверяя, как я отреагирую.

— Я слышал про разрушение Ракунграда неизвестным существом. Его остановил Волот, которого специально для этого сняли с операции, в которой я участвовал.

— Это одна из причин, почему я хотела попасть служить именно на Волот, — она выключила конфорку и сняла жаркое. Щедро положила в тарелку и поставила на стол, положила приборы. — Лучше пусть немного остынет. Кошачье вино будешь?

Я вспомнил мятный привкус… и как потом кровь текла из глаз…

— Нет, налей-ка мне лучше морса. Тебе еще с чем-то помочь?

— Ну, давай вон те корнеплоды тоже порежь, — она кивнула на чашу с перемытыми овощами. — Понятия не имею, как они называются, но после обжарки не отличаются по вкусу от картошки или репы. Вообще удивительно, что вольники устроили такой дикий погром на борту, но кухню не тронули. Только жрачку выгребли.

— Они знали, что иначе ты их половником огреешь.

— Ха-ха, я тебе не кухарка, вообще-то.

— Ты ангел, который спасает нас от голодной смерти. А что с остальными помещениями пищеблока? Их тоже не подкоптили?

— Иди сам посмотри, ты ж туда наверняка вообще еще не заглядывал.

— Ибо нет смысла.

Я подошел к двери рядом с кладовкой и нажал грибочек. Дверь с очень натужным скрипом отъехала — заменить бы ее, но на борту вообще лучше заменить все. Включая сам борт.

Свет зажегся автоматически, но потолочные панели мигали. Уперев руки в боки, я осмотрел вторую кухню — большую, явно предназначенную не для готовки на семью. Все здесь отдавало военным бытом, хотя я уже убедился, что избушка никогда под знаменами не ходила.

Вдоль одной стены громоздился десяток котлов-скороварок. Посреди помещения стоял агрегат для автоматической чистки картошки — с конвейером. С потолка спускались крюки для разделки туш, рядом в полу проходила канавка для стока крови. Были здесь тестомесы, хлебопекарное оборудование и многое другое.

Прям ностальгия просыпается."

"Я пересек кухню и вышел в еще одно помещение, которое не осматривал — во вторую столовую. Вот здесь армейским бытом даже не пахло. Очень уютная просторная комната, даже со следами роскоши, которую похерило время. Вместо длинных столов, где рядами должны сидеть солдаты, здесь размещались уютные круглые столики, рассчитанные на небольшую компанию — их ножки крепились к полу, так что никакие скачки избушки на сверхскорости их не сдвинули. В углу даже имелась небольшая сцена, хотя никакого оборудования для концертов или караоке не осталось.

Боже ты мой.