Гарем без проблем

Всеобщая атмосфера подозрительности, которую на режимном предприятии называли секретностью, отдел кадров, отдел режима и таинственный Первый отдел, который выдавал сотрудникам под расписку плохо читаемые чертежи и неграмотно написанные отчеты о разработках, которые и новые-то никаких секретов не содержали, а теперь настолько устарели, что место им было только на помойке. Так и на помойку-то выбросить их было нельзя! Если даже обычный мусор из проволочных корзинок полагалось сжигать в специальной печи раз в неделю под присмотром сотрудника все того же Первого отдела.

Да что там, на предприятии была специальная служба, которая тщательно следила, чтобы сотрудники не болтались по коридорам, а сидели на рабочих местах. Причем именно сидели, конкретная работа начальство интересовала нечасто – когда нагрянет проверка из министерства или же директора взгреют на совещании в Смольном…

Сашка буквально умирал в том НИИ от скуки, его деятельной, кипучей натуре было тесно и душно в сером безликом и унылом здании. Поначалу он пытался что-то предлагать, как-то улучшать работу отдела, обдумывал свежие решения, но добился только одного, – начальство стало глядеть на него косо. Начальству нравились серенькие, чистенькие, аккуратненькие прилизанные мальчики, послушные исполнители. Сашка Каменский был для них слишком шумен, слишком умен, в общем, слишком хорош…

Павел и сам не очень был доволен своей жизнью – с диссертацией не ладилось, скучная тема, скучный немолодой руководитель, никаких перспектив.

– Уходи! – посоветовал он Сашке. – Пропадешь там совсем!

И тут же спохватился, что молодому специалисту полагается отработать по месту распределения три года, иначе могут и диплома лишить. Существовал тогда такой закон.

– А как у тебя с Ленкой? – отважился спросить он на прощание.

Сашка отвернулся и тему эту развивать не стал.

Прошло еще время, и вот в преддверье наступающего лета Сашка собрал их у себя – его и Витьку. Сашка был у них бессемейный, родители его давно развелись и разъехались по разным городам, отец, кажется, умер, Павел не помнил. На первых курсах института Сашка жил с теткой, но, как только позволили обстоятельства, сразу же стал снимать квартиру. Тетка его не гнала, она Сашку любила, как и все, но муж ее тяжело болел, и троим было тесно в маленькой двухкомнатной квартирке.

На этот раз Павел обрадовался – перед ними был прежний Сашка. Глаза его горели, он весь бурлил от едва сдерживаемых эмоций, они с Витькой сразу поняли – у Сашки новый проект.

– Ребята, есть дело! – Сашка глядел именинником.