Гаран вечный

Хрустальный Лес был давно позади, и Айяр уже почти пересек Пустошь, когда в небе вдруг возник луч света, откуда-то с запада, похожий на сигнал маяка."

"Прижавшись к скале, Айяр следил за лучом. Луч брал начало где-то в узком логу между Пустошью и расчищенными землями. Сейчас он, как палец, указывал в небо и иногда по нему, словно по поверхности воды, пробегала рябь. И в эти мгновения Айяр чувствовал в груди нечто вроде ответной дрожи, и в сознании возникал импульс: идти к лучу. Впрочем, двойное сознание Нейла-Айяра успешно сопротивлялось опасному зову. Маятник луча неожиданно качнулся вниз, теперь он был направлен не в небо, а на участки поселенцев за рекой. Сначала луч, как бы уточняя направление, перемещался в малом диапазоне, но затем, очевидно, найдя цель, установился, и световая рябь по нему побежала все быстрее и быстрее. Яркость все увеличивалась, и в конце концов стала невыносимой для глаз. Айяр опустил веки. Он понял, что неведомый луч, захватывая какие-то определенные участки земли, очевидно, призывает их обитателей под власть ТОГО-ЧТО-ЖДЕТ. Однако ифтами Враг управлять такими методами не мог, и в этом заключалось их маленькое преимущество. Хотя — кто знает, что еще в этой сожженной местности служит ЖДУЩЕМУ и может нести опасность жизни и свободе ифтов?

Один раз ему послышался далекий вопль вайта, и он остановился, со страхом ожидая ответа откуда-нибудь поблизости. Но то был единственный звук, не считая редких порывов ветра. По небу потянулись облака; стало холодно. Айяр споткнулся о камень и так сильно навалился на лук, что сломал его. Близился рассвет. Пора было отдохнуть: казалось невозможным заставить себя тащить свое измученное тело дальше. Наконец ему попался участок безлиственного кустарника, и Айяр, со свойственным ифтам инстинктом доверять растениям, забился в самую середину кустов, устроил гнездо и расправил ветви так, чтобы скрыть лаз. Страшно хотелось спать. Он пожевал семян фисана, устроился поудобнее и уснул… Он снова находился в туманном месте, и снова перед ним стояла игральная доска. Ему казалось, что ифты и фигурки деревьев как бы сплотились в единое целое на его стороне доски, словно готовясь к последнему бою, тогда как на стороне невидимого противника перестраивала ряды целая армия марионеток — инопланетники, ларши, лжеифты, поселенцы… Иные фигуры внезапно выдвигались вперед, словно совершали ложный выпад, пытаясь спровоцировать Айяра на опрометчивый шаг. Не он не двигался, изучая пестрый состав вражеских соединений, фиксируя в памяти каждую фигуру. Дольше всех его внимание задержали двое: мнимый ифт и ларш.