Кухтеринские бриллианты. Шаманова гарь

Такое дело, понимаешь, вышло… Сначала я завез Гайдамачиху в собес, потом она попросилась в больницу заехать…

— В больничных документах не числится, что Гайдамакова в тот день была там, — перебил Антон.

— Слушай сюда, Инатьич!.. Она ж нигде там не записывалась, а сразу в зубодергальный кабинет пришла, к знакомому врачу. Быстро так оттуда крутнулась и толкует: «Поехали, Кумбрык, домой». Мне б, дураку, махнуть бичом по кобыле и айда-пошел до Березовки. Так нет же… Думаю, дакось зубы сменю. Старые, какие этот же врач мне вставлял, совсем никудышными стали. Сунулся в зубной кабинет — врач по старому знакомству признал. Говорит: «Плати, дядька Иван, гроши, а зубы такие сделаю — износу не будет». Тут я и не сдержался от похвальбы, что, дескать, «Урал» по лотерее выиграл. Грошей, говорю, теперь у меня, что конопли, будет. Врач тады и толкует: «Чем тебе в сберкассе в очереди толкаться да комиссионные там платить, лучше отдай билет за тысячу, а зубы бесплатно сделаю». Думаю, куды как ловко получается. На том и сошлись. Он вправду зубы отчебучил… Во какие… — Торчков выронил на подставленную ладонь вставную челюсть и тут же водворил ее на место. — И денег, рубь в рубь, цельную тысячу отсчитал…

— Вот так откровенно и расскажите все следователю, — посоветовал Антон.

— Дак я ж могу еще больше наговорить, — воодушевился Торчков. — С одноруким заготовителем, когда у меня деньги украли, мы ж на квартеру к этому врачу выпивать заезжали…

— Почему сразу об этом не рассказали?

— Дак врач же мне наказывал, чтоб я про знакомство с ним не трепался. Он же уже на этой неделе вечерком ко мне в Березовку заявлялся и строго-настрого приказал, чтоб я от знакомства с ним отрекался. Дескать, я — не я и кобыла не моя… — Торчков почесал затылок. — Если вот таким макаром перед следователем выступлю, не упекет он меня в кутузку?…

— За правду, Иван Васильевич, никуда не упекают, — сказал Антон и заторопился перед отъездом из Березовки забежать домой.

Когда он через полчаса выходил из дома, к кладбищу проехала одна из оперативных машин. Прокурор принял решение эксгумировать останки Гайдамакова.

25. Наследство и наследники

Почти трое суток после задержания Глухова и Калаганова для Антона пролетели одним днем. Уточнения и наведение самых непредвиденных справок беспощадно глотали время. Хотя следствием уже вплотную занялась прокуратура, работы хватало и Антону, и Славе Голубеву. Слишком необычным было это давнее преступление.

Особенно удивило Антона содержимое крохинского тайника, выкраденное Калагановым в ту ночь, когда покончила с собой Мария Степановна. В заготовительской подводе обнаружили несколько мешков с макулатурой.