Ганнибал

Он начал подниматься по ступеням и увидел, как перед его глазами возникает большая репродукция «Весны». Пацци мысленно оглянулся, но не узрел ничего, кроме входной двери. Он не мог определить улицу. Лица тоже не возникали.

Поднаторев в ведении допросов, Ринальдо Пацци стал задавать вопросы самому себе:

«Что ты слышал в тот момент, когда впервые заметил картину? …Звон посуды в расположенной на первом этаже кухне. Что ты слышал в тот момент, когда поднялся на площадку и стоял перед репродукцией? Телевизор. Телевизор в гостиной. Роберта Стэка в роли Элиота Несса в „Неприкасаемых“. Ты ощущал запах кухни? Да. Именно кухни. Другие запахи были? Я видел картину… Я не спрашиваю, что ты видел. Ты улавливал другие запахи? Я все еще чувствовал запах „альфа-ромео“. В машине было очень жарко… В ноздрях еще стоял запах горячего масла. Оно разогрелось от езды по… Раккордо. Я гнал по автомагистрали Раккордо. Но куда? Сан-Касьяно. Я слышал, как в Сан-Касьяно лаяла собака. Там жил грабитель и насильник по имени Джироламо… Фамилию не помню».

В тот момент, когда все наконец стало на свои места, Ринальдо Пацци ощутил триумф свершения — триумф, который, как он считал, испытывает гонщик Формулы-1, пересекая первым линию финиша. Это был счастливейший миг в жизни Главного следователя.

Уже через полтора часа Пацци произвел задержание Джироламо Токка. Синьора Токка принялась бросать камни вслед кортежу, умчавшему прочь ее супруга.

Глава 18

О таком подозреваемом, каким оказался Джироламо Токка, можно было только мечтать. Еще совсем молодым человеком он получил девять лет тюрьмы за убийство мужчины, которого Токка застукал в темной аллее, когда тот обнимал его невесту. Его также обвиняли в сексуальном надругательстве над своими дочерьми и других семейных преступлениях. Кроме того, ему пришлось отсидеть и за изнасилование.

Квестура чуть ли не до основания разрушила дом Токки, пытаясь найти вещественные доказательства его преступлений. В конце концов Пацци, лично обыскивая жилище подозреваемого, обнаружил коробку из-под патронов, которая и была представлена суде в качестве одного из немногих фактических доказательств со стороны обвинения.

Сам суд явился сенсацией. Заседания суда проводились в защищенном здании, именуемом «Бункер». «Бункер» располагался напротив флорентийской редакции газеты «Ла Нацьоне», и в нем в семидесятых годах шли процессы над террористами."

"Приведенные к присяге присяжные, пятеро мужчин и пять женщин, закрылись ненадолго в совещательной комнате и признали Токку виновным практически без доказательств, исходя лишь из личности обвиняемого. Большая часть публики считала Токку невиновным, но много было и таких, которые заявляли, что Токка — мерзавец и в любом случае заслуживает тюрьмы.