Ганнибал

Вы поняли, Оресте?

— Мейсон, как раз сейчас я делаю…

— Вы хотите сделать это, Оресте? Разве не вы мне сказали, что вам надоело снимать фильмы о сексе и убийствах или лепить псевдоисторический бред? Неужели у вас пропало желание создать подлинно художественное произведение?

— Нет, не пропало.

— В таком случае отправляйтесь сегодня. Деньги получите в «Ситибанке».

— Куда отправляться, Мейсон?

— На Сардинию. Летите до Кальяри. Там вас встретят.

Второй звонок был в Порто-Торрес, расположенный на восточном побережье Сардинии. Здесь объяснений не потребовалось, так как машина уже давно была установлена. Машина действовала так же эффективно, как и портативная гильотина Мейсона, хотя, может быть, и несколько медленнее. С точки зрения экологии машина была не менее чистой, чем гильотина.

Часть II

ФЛОРЕНЦИЯ

Глава 17

Ночь в самом сердце Флоренции. Исторические здания старого города украшены художественной подсветкой.

Поднимающийся из тьмы площади, залитый светом палаццо Веккьо с его сводчатыми окнами и мощными стенами казался воплощением средневековья. Зубцы стены по периметру крыши светились так, как светятся в ночь Хеллоуина прорези в тыкве со свечой внутри. Темноту неба пронзала освещенная сторожевая башня.

Перед светящимся белым циферблатом башенных часов охотились на москитов летучие мыши. Они будут это делать до тех пор, пока в воздух не взовьются разбуженные колокольным звоном ласточки."

"Главный следователь Квестуры[21] Ринальдо Пацци, чей плащ казался черным на фоне белых статуй, изображающих главным образом сцены убийств и изнасилований, вышел из тени Лоджии и зашагал по площади. Его бледное лицо словно цветок подсолнечника все время было обращено на залитый светом дворец. На том месте, где на костре был сожжен церковный реформатор Савонарола, Главный следователь остановился и взглянул на окна дворца, за которыми нашел свою смерть один из его предков.

Вон из того высокого окна был выброшен голым и с петлей на шее Франческо де Пацци. Под этим окном он умирал, дергаясь, вращаясь и ударяясь о шершавые стены. Архиепископ во всем своем облачении, повешенный рядом с Пацци, духовного утешения тому не принес. С вылезшими из орбит глазами хрипящий пастырь в предсмертной судороге вцепился зубами в плоть предка следователя Ринальдо.

Убийство Джулиано Медичи 26 апреля 1478 года во время воскресной литургии и покушение на жизнь Лоренцо Великолепного положили конец благополучию славного семейства Пацци.

И вот теперь Ринальдо Пацци — из рода тех самых Пацци, — ненавидящий правительство не меньше, чем его предок, обесчещенный и обездоленный, пришел на это место, чтобы решить, как лучше воспользоваться выпавшей ему наконец удачей.