Ганнибал

В помещении было жарко, и ему пришлось снять куртку своего модного, в стиле яппи, спортивного костюма и обвязать рукава вокруг пояса, выставив напоказ майку с эмблемой Принстонского университета. Головная повязка и кроссовки белели в неярком свете аквариума.

По мнению Марго, плечи у Крендлера были как у цыпленка. Сестра хозяина дома и заместитель помощника при встрече удостоили друг друга едва заметным кивком.

Счетчика кадров или указателя времени на пленке не было, а торговля в преддверии Рождества шла весьма бойко. После появления очередного покупателя Корделл нажимал кнопку быстрой перемотки, пропуская сцену покупки. Мейсон же проводил это время, говоря гадости.

— Что вы сказали в лавочке, ворвавшись туда в спортивном наряде и демонстрируя свою медяшку, Крендлер? Заявили, что участвуете в Олимпиаде?

После того как Крендлер начал депонировать чеки на свой счет в банке, Мейсон стал обращаться с ним практически без всякого уважения. Оскорбить Крендлера, когда на кону стояли его интересы, было невозможно.

— Я сказал, что работаю под прикрытием. Какие силы вы привлекли к операции?

— Скажи ему, Марго, — произнес Мейсон, видимо, вознамерившись поберечь дыхание для новых оскорблений."

"— Мы выписали двенадцать сотрудников из нашей службы безопасности в Чикаго. Они разбиты на три команды, один человек в каждой команде имеет статус помощника шерифа, полученный в Иллинойсе. Если полиция застанет их за захватом доктора Лектера, то они заявят, что, узнав беглого преступника, производят гражданский арест и так далее и тому подобное… Команда, которая захватит доктора, передаст его Карло. После этого они отправятся в Чикаго. Больше им ничего не известно.

Тем временем пленка продолжала свой бег.

— Стойте. Корделл, отмотай-ка назад секунд на тридцать, — сказал Мейсон. — Взгляните на это.

Зона видимости камеры охватывала пространство от входной двери до кассы.

На экране возник расплывчатый образ человека в кепи с большим козырьком, в красной клетчатой куртке лесоруба, воротник которой был поднят. На руках посетителя были рукавицы. Густые усы и бакенбарды частично скрывали лицо человека. На носу сидели большие темные очки. Он повернулся спиной к телевизионной камере и тщательно закрыл за собой дверь.

Некоторое время покупатель объяснял продавцу, что ему надо, а затем они оба направились к полкам с бутылками, исчезнув на время из поля зрения камеры.

Прошли три томительные минуты. Но вот они снова возникли на экране. Продавец сдул с бутылки пыль и обернул в мягкую ткань, перед тем как положить в сумку. Покупатель, сняв с руки лишь правую рукавицу, расплатился наличными. Губы продавца зашевелились — он, видимо, благодарил за покупку.