Гамбит принца

Дэмиен подумал о том, как ему было приказано прервать Говарта в конюшнях, и том, что у отряда вообще не было последователей для лагеря, едущих вместе с ним.

Лорен сказал:

— У него был выбор.

— Нет, — ответил Дэмиен. — Ты заставил его думать, что он у него был.

Лорен смерил тем же ледяным взглядом, каким смотрел на Говарта.

— Укор? Ты был прав. Это должно было случиться сейчас. Я ждал, пока противостояние вспыхнет естественным путем, но это заняло слишком много времени.

Дэмиен пристально смотрел на него. Догадываться об этом — одно, но услышать вживую — совсем другое.

— «Прав»? Я не имел в виду…

Он резко оборвал себя.

— Скажи это, — произнес Лорен.

— Ты сломил человека сегодня. Это вообще никак тебя не трогает? Это жизни, а не фигурки в шахматной игре твоего дяди.

— Ты ошибаешься. Мы на шахматной доске моего дяди, и все эти люди — его пешки.

— Тогда каждый раз, когда двигаешь одну из них, можешь поздравить себя с тем, как сильно ты на него похож.

Слова просто вырвались. В нем отчасти все еще звучал удар того, что догадка подтвердилась. Он, безусловно, не ожидал, что его слова произведут такой эффект на Лорена, какой произвели. Лорен замер. Дэмиен не думал, что ему когда-либо приходилось видеть, как Лорену нечего было сказать. А так как он предполагал, что это продлится недолго, то поспешил воспользоваться преимуществом.

— Если ты своих людей привязываешь к себе обманом, как ты сможешь им доверять? В тебе есть качества, которыми они могут восхищаться. Почему бы не позволить им самим научиться доверять тебе, и таким образом…

— На это нет времени, — сказал Лорен.

Слова были усилием вытолкнуты из того бессловесного состояния, до которого был потрясен Лорен.

— На это нет времени, — повторил Лорен. — У меня есть две недели до того, как мы доберемся до границы. Не притворяйся, что я могу добиться этих людей тяжелой работой и обаятельной улыбкой в то же время. Я не неопытный жеребенок, как убеждает мой дядя. Я сражался при Марласе и при Санпелиере. Я здесь не за радостями жизни. Я не намерен смотреть, как вырезают людей, которых я веду, только потому что они не подчиняются приказам или не могут держать строй. Я намерен выжить. Я намерен победить своего дядю, и я буду сражаться любым оружием, которое имею.

— Ты говоришь всерьез, — сказал Дэмиен.

— Я всерьез намерен выиграть. Ты думал, я нахожусь здесь, чтобы бескорыстно броситься на меч?

Дэмиен заставил себя посмотреть на проблему, откинув прочь невозможное, глядя только на то, что действительно еще можно было сделать.

— Двух недель будет недостаточно, — сказал Дэмиен. — Тебе понадобится около месяца, чтобы вообще куда-нибудь добраться с такими людьми, и даже тогда худшие из них должны быть отсеяны.

— Хорошо, — ответил Лорен.